Сочинение судьба татарской женщины фатих амирхан

Обновлено: 11.07.2024

Она была такой же, как и все человеческие существа: в ее воле было шевелить руками, ногами, вертеть головкой, смотреть, куда ей захочется, и никто на это не мог наложить запрета.

Правда, иногда ее пеленали и принуждали не двигаться. Но она могла протестовать: плакать, кричать. И свою решимость никому не позволять отнимать у нее свободу она могла выразить тем, что прямо смотрела в глаза своим притеснителям.

Когда она родилась, она была человеческим существом: могла улыбаться, показать, что она радуется нежданно открывшейся перед ней жизни; вольна была упрямиться и тем самым дать понять, что она может желать чего-то или не желать и что сама природа дала ей силы для сопротивления чему-то.

Родилась девочка. Ее положили, как и других детей, в колыбель: мать и отец в сердцах своих дали ей место рядом с сыновьями. Девочка жила в той же комнате, где обитали мальчики, ее носили и водили по тем же улицам, по которым ходили мальчики, ее грело то же солнце, которое согревало и мальчиков, она мерзла от той же стужи, что и мальчики: как и мальчики, она могла свободно думать о том, что ей приходило в голову, она наравне с ними могла воодушевляться и переживать то, что занимало ее мысли, ее разум, трогало ее сердце.

Щедрое солнце озаряло ее золотыми лучами, теплый ветер приносил и ей нежные запахи весны, юные цветы ласкали ее взор — словом, природа подносила ей те же дары, что и другим существам.

Вначале она была живым существом. Но только до шести лет. Потом какая-то темная сила на своем тайном судилище приговорила ее за совершение никому не ведомого греха к смерти и принялась медленно душить ее, душить в тисках какой-то безжалостной машины до тех пор, пока не будет выжата последняя капля жизни: она приказала заживо зарыть татарку в могилу, прежде чем перестанет биться ее сердце и остынет тело.

Девочке исполнилось шесть лет.

Братья иногда обижали ее: ударят, дернут за косичку. Как и всякое живое существо, она могла противиться насилию: ударят — ответит тем же, за косичку дернут — укусит обидчику палец, расцарапает лицо. Но темная сила, осудившая татарку на смерть, не могла допустить, чтобы жертва ее обладала подобной свободой, и заставила живую куклу, именуемую матерью, передать татарке свое повеление:
— Девочке драться с мальчиками неприлично!

С этого дня девочке было велено защищаться от притеснения братьев, лишь прибегая к покровительству других.
Неопытную девочку обманули. Она не знала, что была приговорена к смерти и что с этого запрета началось исполнение вынесенного ей смертного приговора.

Девочке исполнилось семь лет.
Прежде она могла бегать по улицам вместе с мальчиками, с такими же детьми, как и она сама. Но темная сила не желала, чтобы ее жертва пользовалась такой свободой. Живая кукла (мать девочки) повторила, как попугай, повеление темной силы:
— Девочке играть с мальчиками неприлично!

Девочка не могла поверить запрету, противному человеческой природе, жизни, свободе, гуманности. Тогда темная сила заставила отца татарки повторить приказ:
— Девочке играть с мальчиками неприлично!

Недоверие татарки было поколеблено. Окружавшие ее люди повторили то же самое:
— Девочке играть с мальчиками неприлично!

Теперь татарка поверила, ибо думала, что люди желают ей добра. Но жизнь решила защищаться. Ей казалось, что она победит врагов, если вызовет их на суд разума.
— Почему? Почему неприлично? — спросила жизнь.

Татарка молчала. Вместо нее ответила темная сила:
— Так повелели отец, мать, дед и бабка!

Жизнь поразилась. Она не думала услышать столь бессмысленный, бесчеловечный ответ.

Темная сила торжествовала, словно в праздник: она победила. Своей жертве, татарке, она вручила маленьких мертвых кукол.

Разлученная с другими детьми, лишенная вольного воздуха, свободы, девочка брала в руки проклятые подарки темной силы и разглядывала их с недоумением. Она не знала, зачем они ей.

— Эта кукла — мальчик, а это — девочка. Кукла-мальчик берет в жены куклу-девочку; свадьба, приехал жених, прибыла невеста, пришли гости.

Татарка все играет, играет да играет.

Темная сила, притаившись в углу, наблюдала за татаркой с усмешкой:
— Это ты готовишься к будущему: такова твоя будущая жизнь.

Живые куклы дружно закивали:
— Да, да, нельзя!

Жизнь пыталась защищаться:
— Почему? Почему нельзя?

Живые куклы завопили:
— Потому что стыдно! Неприлично! Неприлично!

Жизнь, собрав все свои силы, снова повторила вопрос:
— Но почему?

Отец угрожающе взъерошил короткие усы, живые куклы нахмурились, так сморщились, что люди в страхе разбежались бы, если бы не знали, что перед ними только куклы.
— Как почему?! Да потому что стыдно, неприлично!

Жизнь гневно запротестовала:
— Неправда! Я не соблазн, я человек! Да, человек!

Вдохновленная темной силой, учительница выложила перед татаркой кучу книг, рукописных и печатных. В книгах было написано, что вся женская половина рода человеческого есть соблазн.
— Почему?
— Так сказано в книгах! — ответила учительница.

Темная сила погрозила девочке кулаком:
— Попробуй не верить старшим! Я тебе!

Татарке исполнилось тринадцать лет.
Ей дали бесформенный полосатый мешок, который прячет живых кукол от людских глаз, от солнца, луны и воздуха.

Живая кукла, мать девочки, сказала ей:
— Дочь моя, тебе исполнилось тринадцать лет. С этого дня и до самой могилы ты должна накрываться этим с головы до ног!

Рыжебородый отец с короткими торчащими усами подтвердил:
— Закрывайся этим до самой могилы!

Татарка ничего не могла понять.
— Почему? — спросила она в отчаянии.

Живые куклы прямо не ответили на вопрос и лишь добавили:
— Если встретишь существо с бритой головой и в малахае, называемое мужчиной, закрой лицо краем этого покрывала!
— Но почему? — горестно спросила жизнь.

Ответила учительница:
— Лицо твое, волосы, вся фигура — соблазн, а соблазн должно скрывать. Мужчины глядят на тебя с вожделением, и потому ты должна прятаться от них.

Жизнь плакала горючими слезами, она, горемычная, еще никогда не слышала ничего более унизительного.

А учительница еще два года стрекотала над ухом татарки:
— Да, мужчины глядят на тебя с вожделением!

Жизнь была тяжко больна — она не возразила.

Темная сила между тем повторила свои наставления:
— Ты теперь знаешь, что ты существо, не равное мужчине, ты соблазн, тебе стыдно показываться людям на глаза. Ты узнала все, что тебе полагалось. А знать больше стыдно. Да, неприлично!

Живые куклы и толстопузый отец дали татарке строгий наказ:
— Вот тебе четыре стены, стереги их, они же будут стеречь тебя до тех пор, пока не найдется для тебя животное, именуемое мужем, которому ты будешь служить игрушкой.

Жизнь лишь вздохнула. Последним усилием она подвела татарку к окну.

Но и случайные взгляды в окно, эти предсмертные судороги жизни, вызвали недовольство темной силы.

Живые куклы сообщили татарке:
— Ты сосватана за Биктемира и стать его рабой — твой долг.

Темная сила с самодовольной усмешкой объявила:
— Отныне ты избавляешься от мятежницы, называемой жизнью, и становишься живой куклой. Я даю тебе Биктемира, чтобы он играл с тобой. До самой могилы ты будешь служить ему. Вот моя цель.

Отцы — один, продававший живую куклу, другой, покупавший ее для сына, — стали торговаться.
— Ну, уважаемый Зайнетдин, мехер* — пятьсот рублей.
— Нет, дорого. Так и быть, на тебе четыреста!
— Э, нет, уважаемый Зайнетдин, прибавь пятьдесят!
— Ну, бог с тобой, так и быть, в придачу дам платье, шитое позументом.

Вначале позвали в дом много живых кукол и накормили их. Татарке они нанесли много тряпок, безделушек.

Затем позвали толпу глупцов, игрушками которых были живые куклы. Их тоже накормили. Среди них был один человек в чалме; он прочитал молитву, подул на присутствующих. С этой минуты толпа глупцов стала верить, что отныне татарка стала игрушкой Биктемира.

— Ты (имярек) согласен отдать свою дочь за Биктемира, сына Зайнетдина, за четыреста рублей и платье с позументами?
— Отдаю, отдаю!
— А ты, Зайнетдин, берешь татарку сыну своему Биктемиру в жены за четыреста рублей и платье с позументами?
— Беру, беру!

После этого татарку и Биктемира, как полагалось, четверо суток держали взаперти. Настало время везти татарку в дом мужа.

Убедившись, что жизнь теперь умолкла, темная сила, глядя на татарку, громко объявила:
— Теперь ты станешь настоящей куклой!

Биктемир запер живую куклу в четырех стенах.
— Вот тебе стены, ты должна стеречь их до самой могилы. А я, когда захочу, приду поиграть с тобой!

Темная сила стояла в углу и поучала:
— Твоя святая обязанность — быть игрушкой мужа и рожать детей, чтобы продолжать на земле род таких же, как вы, глупцов!

Выполняя приказ Биктемира, который звучал во взгляде его, татарка склонилась перед темной силой:
— Да, я знаю, хорошо знаю, что рождена на свет только ради этих целей.

Темная сила, приметив, что и теперь не слышно зова жизни, расхохоталась:
— Наконец-то татарка превратилась в живую куклу!

С торжествующим хохотом темная сила вышла из угла на свет.
— Татарка погребена заживо!

— День, когда заживо погребенную девушку спросят, за совершение какого греха она умерщвлена, — есть день Страшного суда.

*Мехер – выкуп за невесту.

(Перевод с татарского Г. Хантемировой)

Повести и рассказы писателей-классиков народов дореволюционной России, 1984 г. – Стр. 21-27.

Результат буржуазных преобразований

Пробуждение женского самосознания было результатом буржуазных преобразований на общероссийском уровне, модернизации всех сфер жизнедеятельности, в том числе религиозно-моральных норм. Так, в пореформенное время женщины из бедных слоев общества стали пополнять мужские рабочие ряды на фабриках и заводах. Их дети не всегда отправлялись в традиционные мектебы и медресе, а уже в фабрично-заводские и городские училища.

Дочери дворян и чиновников с конца XIX века обучались в русских женских гимназиях, проявляли себя в благотворительной деятельности. Представительницы духовенства и купечества, получившие преимущественно домашнее образование, в этот период открывали собственные женские школы и различные курсы. В Казани работали школы Магруй Барудии, Магруй Музаффарии, Лябиби Хусаинии, Фатихи Аитовой. Последняя школа в 1916 году была преобразована в женскую гимназию. Эта была первая татарская гимназия во всей России.


Женская литература

Сельская эмансипация

Что касается сельской местности, то до 1914 года в татарских семьях наблюдалось строгое разграничение женских и мужских обязанностей. Мир женщины ограничивался, как правило, домом, все полевые и иные работы оставались прерогативой супруга.

Но несколько отличались татарки, проживавшие в центральных губерниях России. Мужчины этих уездов занимались в основном отхожими промыслами, уезжали на заработки в столичные и другие города. Поэтому женщины вполне сносно справлялись с оставленным на их попечение хозяйством, отличались более раскрепощенным поведением. Да и проживание в смешанной этнической среде способствовало этому. Неслучайно и первая женщина-врач (Разия Кутлуярова), и первая известная певица (Марьям Искандерова), и первая женщина-математик (Сара Шакулова) были родом из Касимовского уезда Рязанской губернии.

Неустроенная личная жизнь феминисток


Мухлиса Буби, первая и единственная женщина-казый (судья) в Оренбургском магометанском духовном собрании, была разведенной дамой

Если обратиться к судьбам татарских феминисток, то у некоторых из них не сложилась личная жизнь. Как правило, они были либо разведены, либо не выходили замуж. Была разведенной дамой Мухлиса Буби, первая и единственная женщина-казый (судья) в Оренбургском магометанском духовном собрании. Наряду с расторжениями браков имели место конфликты с родителями: не все девушки готовы были подчиняться их воле. В годы Первой мировой войны, не поладив с родителями, сбежали из дома поэтесса Захида Бурнашева (Гиффэт туташ), будущая актриса Ашраф Синяева. Каждая из них устроила свою профессиональную судьбу по собственному усмотрению.

Споры светские и религиозные

С одной стороны, как джадиды, так и кадимисты вроде бы принижали роль женщин в обществе, с другой, они лишь указывали на их особое положение, необходимость защиты.


Поэтесса Захида Бурнашева (Гиффэт туташ) в годы Первой мировой войны, не поладив с родителями, сбежала из дома

Самые эмансипированные мусульманки

Первая мировая война стала рубежом между домашней жизнью татарки и ее деятельностью вне дома (поле, завод, фабрика, торговля и другие сферы). Война значительно ускорила запущенные еще в конце XIX века процессы по раскрепощению татарских женщин.

К 1917 году работающая женщина, будь она врач или учительница, уже не воспринималась как предательница религиозных устоев. С 24 по 27 апреля 1917 года в Казани прошел Всероссийский съезд мусульманок. Делегатки представляли самые разные регионы, кроме них в зале присутствовали более 300 женщин-гостей. Поднимались вопросы равноправия мужчин и женщин, отмена многоженства и калыма, право женщин на развод и другие социальные проблемы. Татарки не только участвовали в специальных женских съездах, но и стали принимать участие в других общественных собраниях. В этот период гласной Уфимской городской думы была избрана певица Абруй Сайфи. Она же стала единственной женщиной, которую включили в состав национального законодательного собрания – Миллэт Меджлисе. В том же 1917 году во Всероссийском мусульманском съезде в Москве первой в истории ислама женщиной-казыем была избрана Мухлиса Буби.


Всероссийский съезд мусульманок в Казани, 1917 год

Во многом феминизм татарок был обусловлен желанием самих мужчин видеть рядом с собой образованных и самостоятельных женщин, достойных представительниц татарской нации.

Справка

Габдрафикова Лилия Рамилевна – доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института истории им. Ш. Марджани Академии наук Республики Татарстан.

Гизатуллина Айгуль Рифкатовна

Актуальность данной работы.

Тургенев принадлежал к плеяде русских писателей второй половины 19 века. В его творчестве продолжают развиваться, обогащаясь новым содержанием, реалистические традиции Пушкина, Лермонтова, Гоголя. Тургенев обладал поразительным дарованием – сочетать так называемую злобу дня с обобщениями самого широкого, поистине общечеловеческого порядка и придавать им художественно совершенную форму и эстетическую убедительность. Но философская основа творчества Тургенева по настоящее время, к сожалению, не получила должного внимания со стороны исследователей.

На наш взгляд, если рассмотреть историю татарской литературы на предмет гендерных взаимоотношений, то повесть Фатиха Амирхана была бы там одной из центральных. Именно в этом образе мы видим коренное изменение в татарском обществе. Общество, которое вступило в новый этап и с которого уже невозможно свернуть.

В этом основной итог повести – показать начало новой эпохи, эпохи ХХ века.

ВложениеРазмер
rabota.docx 151.43 КБ

Предварительный просмотр:

МБОУ гимназия № 20, 8 класс,

Советский район, город Казань

Научный руководитель: Гизатуллина А.Р.

  1. Введение. Цели и задачи работы
  2. Основная часть

а) Сопоставление образа тургеневской девушки с героиней повести

б) Анализ пейзажа, его роли и функции в раскрытии

в) Пространство и время в произведениях

IV. Список использованной литературы

Актуальность данной работы.

Тургенев принадлежал к плеяде русских писателей второй половины 19 века. В его творчестве продолжают развиваться, обогащаясь новым содержанием, реалистические традиции Пушкина, Лермонтова, Гоголя. Тургенев обладал поразительным дарованием – сочетать так называемую злобу дня с обобщениями самого широкого, поистине общечеловеческого порядка и придавать им художественно совершенную форму и эстетическую убедительность. Но философская основа творчества Тургенева по настоящее время, к сожалению, не получила должного внимания со стороны исследователей.

Тема первой любви, звучащая в повестях И.Тургенева и Ф.Амирхана, привлекает особое внимание, настраивая на искренний разговор о самых тонких человеческих чувствах и переживаниях.

Тургенев был не единственный, кто изображает судьбу девушки-современницы. А вот в истории татарской литературы Ф .Амирхан впервые вводит образ татарской девушки, живущей в переломный период истории: на рубеже двух веков и двух культур.

В романтической повести "Хәят" ("Хаят", 1911) показана духовная драма татарской девушки, с детства приобщённой к русской культуре. Основное внимание автора направлено на раскрытие внутреннего мира героини, вынужденной жить по канонам патриархальной морали. Традиционный для татарской литературы конца 19 - начало 20 вв. конфликт отцов и детей воплощён автором в духе романтизма. В повести доминируют эстетика прекрасного, глубокий лиризм, культ природы и любви; удачно использованы разнообразные формы психологического анализа: портреты, внутренние монологи, описание чувств, пейзаж.

Сопоставление образа тургеневской девушки с героиней повести Ф. Амирхана.

Показывая, например, Асю, он отбирает такие детали портрета, поведения героини, обстановки, в которую её помещает, которые как бы опремедчивают в себе определённые движения души девушки. Психологический анализ предстает здесь как внешнее выражение чувств, переживаний, постепенного изменения состояния внутреннего мира полюбившей девушки – в мимике, жестах, во всё новых нюансах портретных зарисовок героини, внимании к интонациям её голоса.

Сходство же рассматриваемых героинь, что все они непосредственны, просты, секрет их обаяния заключается в том, что они чистые, искренние, не способны на лицемерие, фальшь. Их естественность притягивает, в них нет искусственности, поэтому женские образы в произведениях Тургенева и Амирхана ассоциируются с образами природы. Тургенева соотносятся с образом весны, весенней природы, а их любовь – с весенней грозой.

Анализ пейзажа, его роли и функции в раскрытии в раскрытии образов героинь .

Кроме передачи чувств и переживаний героев, тургеневские пейзажи имеют и философское звучание. Картины природы помогают писателю поставить ряд важнейших философских проблем: смысл человеческой жизни, жизнь и смерть, любовь и т.п.

Весеннее цветение природы связано с молодостью героини, её внутренним миром, жаждущим любви. Образ молодости - весны противопоставлен в повести образу зимнего пейзажа, завыванию вьюги, непогоды, которая в произведении становится символом старого мира:

Пространство и время в произведениях.

Героиня повести — открытая, самолюбивая, пылкая девушка, поражающая своей необычной внешностью, непосредственностью и благородством .

Она кажется странной и неестественной именно потому, что обычная жизнь людей ее круга ей не по душе. Она мечтает о жизни деятельной, возвышенной и благородной. Ее внимание привлекают люди простые, она, как видно, и сочувствует и в то же время завидует им. Так, наблюдая за толпой богомольцев, она замечает: “ Вот бы пойти с ними ”. Она понимает жизнь простых людей как подвиг: “ Пойти куда-нибудь на молитву, на трудный подвиг ”. Ей не хочется, чтобы ее жизнь прошла бесследно. Но она чувствует, как трудно достигнуть этого.

В Асе совмещалось желание быть счастливой с желанием исполнять высокий долг человека. Она мечтает и о подвиге, и о соединении своей судьбы с человеком, который бы помог ей совершить его.

Большинство встреч происходит в открытом пространстве, на лоне природы. Горы, долины, мощное течение рек символизирует свободное, ничем не сдерживаемое развитие чувства Аси.

Последнее свидание Н.Н и Аси происходит в небольшой, довольно темной комнатке, в домике вдовы бургомистра, фрау Луизе. Закрытость пространства, в котором происходит последнее свидание, уже намечает печальный финал их отношений.

На наш взгляд, если рассмотреть историю татарской литературы на предмет гендерных взаимоотношений, то повесть Фатиха Амирхана была бы там одной из центральных. Именно в этом образе мы видим коренное изменение в татарском обществе. Общество, которое вступило в новый этап и с которого уже невозможно свернуть.

В этом основной итог повести – показать начало новой эпохи, эпохи ХХ века.


Женщина - лицо нации. Самые прославленные гении человечества рассматривали совесть любого общества в связи с его отношением к женщине, ибо она - то божественное создание, которое дает силу жизни. Любая нация черпает жизненные силы из семьи, оттуда берет начало родник, ведущий в будущее. Очевидно, именно отсюда исходило в древних татарских семьях уважение и преклонение перед культом женщины-матери. С мнением матери считались все, в семье при решении многих проблем ее слово было последним. При матери нельзя было сквернословить, курить, повышать голос и так далее. Кстати, эти прекрасные обычаи сохранились во многих благородных семействах до наших дней.

"Белых пятен" женской доли в прошлом много. Это обстоятельство отчасти объясняется сложившимся мнением, что татарка прежде всего мусульманка и как мусульманка - рабыня, будто во всех случаях жизни она нуждалась в муже: выходила в его сопровождении, путешествовала под его защитой, думала только его умом, смотрела его глазами, слушала его ушами, жила только его волей и тому подобное. Здесь не учитывается тот очень важный фактор, что только мужской эгоизм (а не Ислам) породил убеждение, будто Аллах при создании мужчины дал ему ум и добродетель, а женщина по слабости ума и страстности природы должна жить в подчинении мужчине, она не достойна умственного и нравственного прогресса. Кстати, это убеждение характерно не только для мусульманских мужчин.

На наш взгляд, нужно отказаться от крайностей в оценке положения женщин в мире Ислама. Ведь речь идет о большой исторической эпохе, длившейся более тысячи лет, на протяжении которой Ислам распространился на огромной территории от Испании и Марокко до Индокитая и Филиппин, от Поволжья и Западной Сибири до Занзибара и Уганды. Было бы наивно полагать, что положение женщин во всем исламском мире всегда и везде было одинаково. Бесспорным кажется одно - такое быстрое распространение ислама не предполагало существенных перемен в социальной организации, в том числе и в положении женщин.

Косвенным подтверждением высказанной гипотезы является преемственность многих традиций и этических норм в жизни Ближнего и Среднего Востока. Такие правила, как необходимость повиновения женщин мужчинам, соблюдения девушкой целомудренности, а женами – верности своим мужьям, уплата выкупа ("калыма") за невесту, выделение большей доли наследства сыновьям, равно как и наличие системы запретов в семейно-брачной жизни, обычаев многоженства и ношения паранджи, которые нашими современниками воспринимаются как типично мусульманские, на самом деле действовали еще до появления ислама. Так, паранджу, судя по иконографическим изображениям, носили в Пальмире еще в I веке нашей эры, известна она и в Византии, и в других землях, вошедших позже в состав Арабского халифата. Ислам же, как считают современные исследователи, главным образом кодифицировал и закреплял силой религиозного установления те нормы общественной жизни, которые застали арабы в завоеванных ими странах.

Отметим и другое. На перифериях мусульманского мира, таких как Поволжье и Сибирь, влияние классических исламских институтов ощущалось слабее, зато велика была роль местных традиций и обычного права. Так, женщина-татарка никогда не носила чадру и паранджу, уплата выкупа (калыма) за невесту и многоженство среди татар не было распространенным явлением.

Обратим внимание на положение женщины в Волжской Булгарии, так как во всей системе государственности татарского народа более менее полно и объективно изучена лишь ее история. Женщина в Булгарии была свободной и равноправной. Она принимала участие в решении важных жизненных проблем наравне с мужчинами. На просвещенность женщин Великой Булгарии обращает внимание арабский ученый-географ Ибн Руста. В ХII-ХIV веках в Булгарии имелась разветвленная сеть мектебов и медресе, которые готовили деятелей, способных развивать национальную культуру на уровне передовых цивилизаций своего времени. Среди них достойное место занимало знаменитое медресе Туйбикэ абыстай, где обучались девочки из разных стран. Сколько прекрасных легенд сохранила людская память о прекрасных девушках Булгарии, таких как Алтынчэч и Каракюз, которые вставали рядом с мужчинами на защиту родной земли. А можно ли забыть легендарную Гайшэбикэ? Она с братьями храбро сражалась против монгольских захватчиков, но попала в плен. Ее увезли в Среднюю Азию. Благодаря исключительной мудрости и решимости ей удалось бежать из плена. Гайшэбикэ вернулась на родину, вышла замуж и прожила долгую жизнь в почете и уважении. Ее имя носит татарская деревня Айшэ недалеко от Казани.

Преемником материального и духовного наследия Волжской Булгарии стало Казанское ханство, представлявшее собой мощный экономический, политический и культурный центр. Уместно подчеркнуть то, что в истории Казанского ханства нет ни одной страницы и не упоминается ни одного случая об угнетенности женщин, об их неравном положении в обществе.

Одной из центральных в татарском просветительстве в конце XVIIи начала XIXвеков была проблема женской свободы и равноправия. Последовательно проводя принцип гуманизма, татарские просветители Ш. Культяси, Г. Кандалый, М. Акъегет-Заде, 3. Бигиев, Г. Ильяси, Ф. Халиди и другие не могли относиться примиренчески к порабощению человека, в том числе женщины. Они выступали с решительным протестом против её угнетённого положения и критикой попыток его оправдания. Важное место в татарском просветительстве занимал вопрос о женском образовании. Обучение женщин, предоставление им широких возможностей для повышения образованности и культуры, по мнению просветителей, является одним из необходимых условий прогресса и преодоления отсталости. Ибо женщина по своему положению выступает первым воспитателем детей. Она сумеет успешно выполнить эту задачу и воспитать достойных граждан, лишь будучи образованной.

Под благотворным влиянием деятельности татарских просветителей среди женщин началось движение за отказ от покрывал, за посещение театров, участие в вечеринках и обществах, и, наконец, возникло движение наподобие феминизма у европейских женщин. В конце XIX - начале XX веков появилась целая плеяда женщин-писательниц и поэтесс, которые сначала робко, затем всё активнее начали заниматься литературной деятельностью. Среди них Галима Биктимерия, Ханифа Гисматуллина, Галима Самитова, Зара (Зугра) Тагирова, Магруй Мозаффария, Загида Бурнашева, Рукия Ибрагимова, Хадига Шаммасова и другие. Первые же литературные шаги этих женщин будоражили общественное мнение. На страницах татарской печати (после 1905-07 гг. ) развернулась дискуссия о положении женщины.

Хотя идея эмансипации женщины впервые была провозглашена мужчинами, сама татарка не стояла в стороне этого общественно-политического вопроса. Конечно, выступления женщин в печати, их протест против социальной несправедливости не могли коренным образом изменить положение татарки, но они пробудили мысль, заставили акцентировать внимание на женском вопросе, искать выход. Татарские поэты, писатели и видные общественные деятели, такие как Габдулла Тукай, Фатих Амирхан, Фатих Карими, Гаяз Исхаки, Муса Бигиев и многие другие выступили с целой программой требований, среди которых было обязательное обучение девочек в начальной школе, создание женской медицинской школы, запрещение брака по воле родителей и запрещение его без согласия жены, за доступ татарским девушкам в высшие учебные заведения.

Борьба за эмансипацию женщины дала свои результаты. На общественной арене стали появляться татарки, получившие образование и отдающие все силы и знания служению народу.

Озабоченность перед лицом сложных социальных проблем, неверие в возможности науки и человека изменить мир в лучшую сторону, чувство экономической и психологической отчужденности в обезличенном современном индустриальном обществе, традиционный страх за семью и детей является тем фоном, на котором проходит жизнь современной женщины. Но надежда умирает последней. Женщина-татарка хранит глубокую веру, надежду на лучшее будущее. Она - мать.

Биктемирова Т.А., кандидат исторических наук Институт истории им. Ш.Марджани АН РТ


Жизненный и творческий путь Ф.Амирхана был сложным. После того как в августе 1907 г. его разбил паралич, писатель до конца своих дней был прикован к инвалидной коляске.

Бурные исторические события и катаклизмы начала ХХ века определили синкретичность мировоззрения писателя, сосуществование в нем просветительских, революционно-демократических, социальных взглядов, преломленных через призму философских систем Востока и Запада.


Фатих и Ибрагим Амирхановы. 1915

Казань. Центр письменного и музыкального наследия ИЯЛИ им. Г. Ибрагимова АН РТ

Художественное творчество


Фатих Амирхан в момент прогулки на лошади в районе Дальнего Кабана. 1909

Казань. Центр письменного и музыкального наследия ИЯЛИ им. Г. Ибрагимова АН РТ

Ф.Амирхан известен как один из основоположников критического реализма в татарской литературе ХХ века. Художественные искания писателя не ограничивались рамками реализма. Он писал и романтические произведения, выступал как талантливый экспериментатор в области модернистских течений – импрессионизма, экспрессионизма, акмеизма и др.

В повести доминируют эстетика прекрасного, глубокий лиризм, культ природы и любви; удачно использованы разнообразные формы психологического анализа: портреты, внутренние монологи, описание чувств, пейзаж.

Пьеса фиксирует жизнь, полифонично отражает внутренний мир героев, тяготеет к эпичности. Повествовательное начало ее усиливается обилием авторских ремарок, вплетением в текст суждений о переустройстве экономических основ татарского общества, европеизации системы образования, эмансипации женщины, а также диалогами о любви, литературе, языке, музыке, живописи, русской культуре.


Фатих Амирхан. 1915

Казань. Центр письменного и музыкального наследия ИЯЛИ им. Г. Ибрагимова АН РТ

Ф.Амирхан – литературный критик


Фатих Амирхан с друзьями. 1913

Казань. Дальний Кабан. Слева направо: Ф.Амирхан (в лодке); Кабир Бакир (на берегу реки); Рауза Аитова (жена И. Аитова), за ней Исмагил Аитов. Центр письменного и музыкального наследия ИЯЛИ им. Г. Ибрагимова АН РТ

Ф.Амирхан – один из основоположников татарской реалистической литературной критики.

Большинство его статей посвящены анализу мировоззренческих и художественных особенностей творчества:

отдельным произведениям З.Хади, Ф.Карими, Я.Вали, М.Гафури, С.Рамеева, Г.Кулахметова.


Фотограф Иванов С.И. Г.Тукай среди членов редколлегии газеты Аль-Ислах. Казань. 1907–1908. 1907–1908

Слева направо: редактор и издатель газеты Вафа Бахтияров, театральный критик Габделькабир Бакир, идейный руководитель и активный сотрудник Фатих Амирхан, сотрудник редакции Ибрагим Амирхан, Габдулла Тукай. Центр письменного и музыкального наследия ИЯЛИ им. Г. Ибрагимова АН РТ

Сочинения


Фатих Амирхан в своей квартире. 1916

Казань. Центр письменного и музыкального наследия ИЯЛИ им. Г. Ибрагимова АН РТ

Избранное: рассказы и повести. М., 1975.

Сайланма әсәрләр: 2 томда. Казан, 1957–1958.

Әсәрләр: 4 томда. Казан, 1984–1986.


Дом, где в 1923–1926 гг. проживал Фатих Амирхан

На углу улицы Жуковского, 12. Центр письменного и музыкального наследия ИЯЛИ им. Г. Ибрагимова АН РТ

Литература

Краткая литературная энциклопедия. М., 1962. Том 1.

Сайганов А. У истоков эстетики реализма: эстетика Фатиха Амирхана и ее место в развитии татарской реалистической литературы. Казань, 1982.

Магдеев М. Фатих Амирхан: краткий очерк о жизни и творчестве писателя. Казань, 1986.

Идейно-эстетическое наследие Фатиха Амирхана: межвузовский сборник научных трудов. Казань, 1989.

Нуруллин И.З. Прометей из Ново-Татарской слободы. Казань, 1991.

Духовное наследие: поиски и открытия / под ред. И.Г. Гумерова. Казань: ИЯЛИ, 2016. Вып. 2: Фатих Амирхан.

Ахметова Д.И. Фатих Амирхан в фотографиях. Казань: ИЯЛИ, 2016.

Нуруллин И.З. Фатих Әмирхан. Казань, 1988.

Хисматуллин Х. Фатих Әмирхан: тормышы һәм иҗаты турында кыскача популяр очерк. Казань, 1961.

Сайганов А.Д. Фатих Әмирхан әсәрләренең библиографиясе һәм язучы турында фәнни әдәбият. (1906–1972). Казань, 1972.

Гайнуллин М. Татар әдипләре. Казан, 1978.


Близкие родственники у тела покойного Фатиха Амирхана. 9 марта 1926 г

Слева направо: Фатыма Апакова, Разия Амирханова, Габдулла Амирханов, Гумер Амирханов, Газиза Яушева (мать Нафисы, жены Ибрагима Амирханова), Махмут Амирханов, Габдулхамит Апаков, Закария Амирханов. Национальный музей РТ

Читайте также: