История и мифология в поэзии серебряного века сочинение

Обновлено: 20.07.2024

(659 слов) Разберемся сначала, что такое серебряный век. Серебряный век – исторически-литературный период времени в России конца 19 века и начала 20 века. Основные черты этой эпохи — отказ от сложившихся литературных традиций и канонов, многообразие принципиально новых литературных течений, экспериментальные методы словотворчества и инновационные подходы к форме и содержанию произведений. Именно в этот период появились, например, эротичные и запретные мотивы (по сравнению с прошлым периодом), а также черты декадентства (характерный эстетизм, философия упадничества и индивидуализм) , которые не свойственны предыдущему веку.

Самым первым и известным течением серебряного века стал Символизм. Сам по себе Символизм — это декадентское движение, в рамках которого было принято писать мрачные стихотворения с мистическим оттенком. Основные черты — это привязка к символам, которые что-то выражают не через прямое объяснение, а через детали и витиеватые словесные обороты. Образ-символ заменил традиционный художественный образ. Его вскоре дополнили такие течения в литературе как Акмеизм (противостоящий символизму в стремлении к ясности мысли и предметности образов), Имажинизм (течение, в рамках которого главным поэтическим орудием признается яркий образ) и Футуризм (авангардное течение новаторов, которые хотели оставить классику в прошлом и радикально изменить искусство). От них уже отделились и другие школы, за которыми следовало уже малое количество художников и литературных деятелей.

Что же стало с Серебряным веком после смерти его героев? Основное различие было в том, что время менялось и восприятие тоже. Люди под влиянием времени изменились. Привыкшие к новым правилам социализма, жестким рамках идеологии, они уже не получали того разнообразия литературы, которое видели до октябрьской революции. Они окончательно оправились от переворота и гражданской войны, и новая власть начала насаждать свои стандарты для искусства. Из-за повальной эмиграции интеллигенции (Гиппиус, Цветаева) и таинственных самоубийств (Маяковский, Есенин), арестов (Мандельштам), репрессий (Ахматова), казней (Гумилев) оставалось все меньше и меньше тех, кто строго придерживался позиций прошлых годов и продолжал развивать свое новаторство.

Закатом же этого времени, как показывает история, становится Вторая мировая война. В войну наступает время совсем других взглядов и окончательный уход от эфемерного и возвышенного. Искусство становится приземлённей и ближе к народу, который переживает страшное несчастье и потери. Так закончился красивый и насыщенный период в истории русской культуры — Серебряный век.

Автор: Катарина Ирхина

Автор: Самый Зелёный · Published 25.06.2019

Автор: Самый Зелёный · Published 15.03.2020

Автор: Самый Зелёный · Published 25.08.2020

Добавить комментарий Отменить ответ

Последнее

Архивы

Литрекон © 2022. Все права защищены.

ol:first-of-type > li:nth-child(4)' data-code='PGRpdiBjbGFzcz0nY29kZS1ibG9jayBjb2RlLWJsb2NrLTYnIHN0eWxlPSdtYXJnaW46IDhweCAwOyBjbGVhcjogYm90aDsnPgo8IS0tIFlhbmRleC5SVEIgUi1BLTMzMDYzNS02IC0tPgo8ZGl2IGlkPSJ5YW5kZXhfcnRiX1ItQS0zMzA2MzUtNiIgc3R5bGU9ImRpc3BsYXk6IGlubGluZS1ibG9jazsiPjwvZGl2Pgo8c2NyaXB0IHR5cGU9InRleHQvamF2YXNjcmlwdCI+CiAgICAoZnVuY3Rpb24odywgZCwgbiwgcywgdCkgewogICAgICAgIHdbbl0gPSB3W25dIHx8IFtdOwogICAgICAgIHdbbl0ucHVzaChmdW5jdGlvbigpIHsKICAgICAgICAgICAgWWEuQ29udGV4dC5BZHZNYW5hZ2VyLnJlbmRlcih7CiAgICAgICAgICAgICAgICBibG9ja0lkOiAiUi1BLTMzMDYzNS02IiwKICAgICAgICAgICAgICAgIHJlbmRlclRvOiAieWFuZGV4X3J0Yl9SLUEtMzMwNjM1LTYiLAogICAgICAgICAgICAgICAgYXN5bmM6IHRydWUKICAgICAgICAgICAgfSk7CiAgICAgICAgfSk7CiAgICAgICAgdCA9IGQuZ2V0RWxlbWVudHNCeVRhZ05hbWUoInNjcmlwdCIpWzBdOwogICAgICAgIHMgPSBkLmNyZWF0ZUVsZW1lbnQoInNjcmlwdCIpOwogICAgICAgIHMudHlwZSA9ICJ0ZXh0L2phdmFzY3JpcHQiOwogICAgICAgIHMuc3JjID0gIi8vYW4ueWFuZGV4LnJ1L3N5c3RlbS9jb250ZXh0LmpzIjsKICAgICAgICBzLmFzeW5jID0gdHJ1ZTsKICAgICAgICB0LnBhcmVudE5vZGUuaW5zZXJ0QmVmb3JlKHMsIHQpOwogICAgfSkodGhpcywgdGhpcy5kb2N1bWVudCwgInlhbmRleENvbnRleHRBc3luY0NhbGxiYWNrcyIpOwo8L3NjcmlwdD48L2Rpdj4K' data-block='6'>

ol:first-of-type > li:nth-child(4)' data-code='PGRpdiBjbGFzcz0nY29kZS1ibG9jayBjb2RlLWJsb2NrLTcnIHN0eWxlPSdtYXJnaW46IDhweCAwOyBjbGVhcjogYm90aDsnPgo8IS0tIFlhbmRleC5SVEIgUi1BLTMzMDYzNS03IC0tPgo8ZGl2IGlkPSJ5YW5kZXhfcnRiX1ItQS0zMzA2MzUtNyIgc3R5bGU9ImRpc3BsYXk6IGlubGluZS1ibG9jazsiPjwvZGl2Pgo8c2NyaXB0IHR5cGU9InRleHQvamF2YXNjcmlwdCI+CiAgICAoZnVuY3Rpb24odywgZCwgbiwgcywgdCkgewogICAgICAgIHdbbl0gPSB3W25dIHx8IFtdOwogICAgICAgIHdbbl0ucHVzaChmdW5jdGlvbigpIHsKICAgICAgICAgICAgWWEuQ29udGV4dC5BZHZNYW5hZ2VyLnJlbmRlcih7CiAgICAgICAgICAgICAgICBibG9ja0lkOiAiUi1BLTMzMDYzNS03IiwKICAgICAgICAgICAgICAgIHJlbmRlclRvOiAieWFuZGV4X3J0Yl9SLUEtMzMwNjM1LTciLAogICAgICAgICAgICAgICAgYXN5bmM6IHRydWUKICAgICAgICAgICAgfSk7CiAgICAgICAgfSk7CiAgICAgICAgdCA9IGQuZ2V0RWxlbWVudHNCeVRhZ05hbWUoInNjcmlwdCIpWzBdOwogICAgICAgIHMgPSBkLmNyZWF0ZUVsZW1lbnQoInNjcmlwdCIpOwogICAgICAgIHMudHlwZSA9ICJ0ZXh0L2phdmFzY3JpcHQiOwogICAgICAgIHMuc3JjID0gIi8vYW4ueWFuZGV4LnJ1L3N5c3RlbS9jb250ZXh0LmpzIjsKICAgICAgICBzLmFzeW5jID0gdHJ1ZTsKICAgICAgICB0LnBhcmVudE5vZGUuaW5zZXJ0QmVmb3JlKHMsIHQpOwogICAgfSkodGhpcywgdGhpcy5kb2N1bWVudCwgInlhbmRleENvbnRleHRBc3luY0NhbGxiYWNrcyIpOwo8L3NjcmlwdD48L2Rpdj4K' data-block='7'>

ul:first-of-type > li:nth-child(4)' data-code='PGRpdiBjbGFzcz0nY29kZS1ibG9jayBjb2RlLWJsb2NrLTEwJyBzdHlsZT0nbWFyZ2luOiA4cHggMDsgY2xlYXI6IGJvdGg7Jz4KPCEtLSBZYW5kZXguUlRCIFItQS0zMzA2MzUtOSAtLT4KPGRpdiBpZD0ieWFuZGV4X3J0Yl9SLUEtMzMwNjM1LTkiIHN0eWxlPSJkaXNwbGF5OiBpbmxpbmUtYmxvY2s7Ij48L2Rpdj4KPHNjcmlwdCB0eXBlPSJ0ZXh0L2phdmFzY3JpcHQiPgogICAgKGZ1bmN0aW9uKHcsIGQsIG4sIHMsIHQpIHsKICAgICAgICB3W25dID0gd1tuXSB8fCBbXTsKICAgICAgICB3W25dLnB1c2goZnVuY3Rpb24oKSB7CiAgICAgICAgICAgIFlhLkNvbnRleHQuQWR2TWFuYWdlci5yZW5kZXIoewogICAgICAgICAgICAgICAgYmxvY2tJZDogIlItQS0zMzA2MzUtOSIsCiAgICAgICAgICAgICAgICByZW5kZXJUbzogInlhbmRleF9ydGJfUi1BLTMzMDYzNS05IiwKICAgICAgICAgICAgICAgIGFzeW5jOiB0cnVlCiAgICAgICAgICAgIH0pOwogICAgICAgIH0pOwogICAgICAgIHQgPSBkLmdldEVsZW1lbnRzQnlUYWdOYW1lKCJzY3JpcHQiKVswXTsKICAgICAgICBzID0gZC5jcmVhdGVFbGVtZW50KCJzY3JpcHQiKTsKICAgICAgICBzLnR5cGUgPSAidGV4dC9qYXZhc2NyaXB0IjsKICAgICAgICBzLnNyYyA9ICIvL2FuLnlhbmRleC5ydS9zeXN0ZW0vY29udGV4dC5qcyI7CiAgICAgICAgcy5hc3luYyA9IHRydWU7CiAgICAgICAgdC5wYXJlbnROb2RlLmluc2VydEJlZm9yZShzLCB0KTsKICAgIH0pKHRoaXMsIHRoaXMuZG9jdW1lbnQsICJ5YW5kZXhDb250ZXh0QXN5bmNDYWxsYmFja3MiKTsKPC9zY3JpcHQ+PC9kaXY+Cg==' data-block='10'>

ul:first-of-type > li:nth-child(4)' data-code='PGRpdiBjbGFzcz0nY29kZS1ibG9jayBjb2RlLWJsb2NrLTExJyBzdHlsZT0nbWFyZ2luOiA4cHggMDsgY2xlYXI6IGJvdGg7Jz4KPCEtLSBZYW5kZXguUlRCIFItQS0zMzA2MzUtMjQgLS0+CjxkaXYgaWQ9InlhbmRleF9ydGJfUi1BLTMzMDYzNS0yNCIgc3R5bGU9ImRpc3BsYXk6IGlubGluZS1ibG9jazsiPjwvZGl2Pgo8c2NyaXB0IHR5cGU9InRleHQvamF2YXNjcmlwdCI+CiAgICAoZnVuY3Rpb24odywgZCwgbiwgcywgdCkgewogICAgICAgIHdbbl0gPSB3W25dIHx8IFtdOwogICAgICAgIHdbbl0ucHVzaChmdW5jdGlvbigpIHsKICAgICAgICAgICAgWWEuQ29udGV4dC5BZHZNYW5hZ2VyLnJlbmRlcih7CiAgICAgICAgICAgICAgICBibG9ja0lkOiAiUi1BLTMzMDYzNS0yNCIsCiAgICAgICAgICAgICAgICByZW5kZXJUbzogInlhbmRleF9ydGJfUi1BLTMzMDYzNS0yNCIsCiAgICAgICAgICAgICAgICBhc3luYzogdHJ1ZQogICAgICAgICAgICB9KTsKICAgICAgICB9KTsKICAgICAgICB0ID0gZC5nZXRFbGVtZW50c0J5VGFnTmFtZSgic2NyaXB0IilbMF07CiAgICAgICAgcyA9IGQuY3JlYXRlRWxlbWVudCgic2NyaXB0Iik7CiAgICAgICAgcy50eXBlID0gInRleHQvamF2YXNjcmlwdCI7CiAgICAgICAgcy5zcmMgPSAiLy9hbi55YW5kZXgucnUvc3lzdGVtL2NvbnRleHQuanMiOwogICAgICAgIHMuYXN5bmMgPSB0cnVlOwogICAgICAgIHQucGFyZW50Tm9kZS5pbnNlcnRCZWZvcmUocywgdCk7CiAgICB9KSh0aGlzLCB0aGlzLmRvY3VtZW50LCAieWFuZGV4Q29udGV4dEFzeW5jQ2FsbGJhY2tzIik7Cjwvc2NyaXB0PjwvZGl2Pgo=' data-block='11'>

Серебряный век является одним из этапов развития русской литературы 1880-1917 годов. На данном историческом этапе было написано множество произведений, наполненных огромной силой энергией, благодаря которым поэзия тех времен стала достойным продолжателем художественных открытий русской литературы 19 века. Стоит понимать, что поэты не только развили старые традиции, но и внесли нечто новое в русскую культуру.

Литература разделилась на две большие стилистические группы: модернизм и реализм. К реализму принято относить таких авторов, как Б. Зайцев, М. Горький, И. Бунин. Но это уже реализм не традиционный, писатели ставят цель обобщения общества, они стремятся отразить настроения, царящие в среде простых людей.

Модернизм пришел в Россию из Франции и являл собой нечто совершенно новое для читателя. Первым течением модернизма принято называть символизм. В таких произведениях мы видим борьбу мечты, фантазии и воображения с реальностью. Образы имеют переносный смысл, мы видим огромное количество отсылок, намеков. Из символизма вытекает идея двоемирия: бытие разделяется на реальное, несовершенное, тоскливое, и на идеальное, нерушимое. Произведения символистов даются для читателя с большим трудом, нужно быть подкованным в религии, эзотерике и магии.

К началу 20 века символизм находится в кризисе, и его вытесняют такие течения, как футуризм и акмеизм. Акмеизм шел наперекор к символизму, образы уже не отвлеченные, а наоборот – точные и понятные. Писатели-акмеисты идут против мистицизма, они желают диалога со своими произведениями и поэзией мировой.

Футуризм развивался вместе с акмеизмом, но было совершенной его противоположностью. Футуристы, в чье число входили такие видные поэты как Б. Пастернак и В. Маяковский, не желали иметь ничего общего со старыми устоями, ими двигала цель создания своей, новой культуры. А старую стоило уничтожить.

В 20 веке мы наблюдаем множество катаклизмов и общественных кризисов. Мир меняется, меняется и искусство. Свобода уже не простой звук, религия, законы уходят на второй план, появляется множество способов заявить о себе, выразить свою позицию. Серебряный век дал нам много поэтов с разными мыслями и мировоззрением, и многие из них стали для нас сокровищем русской литературы. Своими произведениями они навеки остались в сердцах читателей.

Вариант 2

Для поэтов-символистов поэзия – это не только стихи, она являлась для них самым прекрасным и ценнейшим из искусств. Они постоянно восхваляли поэзию, говорили о ней, как о чем-то идеальном и прекрасном. Любое, написанное произведение содержало в себе частичку женственности, вечности и совершенства мира.

К поэтам-акмеистам относились Ахматова, Гумилев, Мандельштам и т.д. Их главный призыв в поэзии – материальность и предметность. Чаще всего, чтобы с точностью предать все эмоции и переживания они использовали образы библейских или мифологических героев. Главная тема произведений – это внутренняя, земная красота, чувства, эмоции и глубина человеческих переживаний.

Клычков, Есенин и Клюев так же предпочли собственное направление в русской литературе – новокрестьянская поэзия. Они воспевали матушку-природу, предавали красоту жизни в русской деревне, а так же часто затрагивали фольклорные образы.

Поэзия серебряного века

Поэзия серебряного века

Популярные сочинения

Рыбалка является одним из любимых мужских хобби. Еще с детства отцы приучают своих сыновей к рыбалке, беря их с собой на озеро. Вот и мы с отцом каждое лето ездим в деревню, берем с собой удочки и снасти и отправляемся

Сейчас, в век промышленных технологий, создаётся большое количество различных приборов, машин, портативных устройств, и компьютер не является исключением.

В век технологий информация стала доступней, а её получение легче и быстрее. Тем не менее, книгу не заменить никогда.

Цель моей работы – показать взаимосвязь поэзии серебряного века с истоками русской культуры, со славянской мифологией. Тема эта интересна мне тем, что открывает для меня новую страницу русской литературы, даёт возможность оценить глубину воздействия исконно русской культуры на поэзию серебряного века и современную литературу.

1.Миф древний и миф поэтический.

В деле освоения нашего литературного наследства, являющегося частью общекультурного, древней русской литературе принадлежит значительное место, определяемое, прежде всего тем, что она была значительным этапом в развитии русской литературы, приобретшей мировое значение.

Древний мир есть представленная в образах антропоморфная структура, выражающая мировоззрение её творцов, созданная общенародной фантазией и мыслимая в эпоху её возникновения, как подлинная реальность. Древний миф не противопоставлен историческому мышлению, но подымается над конкретно-исторической сферой и питается преимущественно природно-космологическими и антропологическими обобщениями.

Миф нового времени, иначе говоря - художественный, поэтический мир пропущен через индивидуальное сознание с его рефлексией и авторским свободным отношением к воображаемому. Художественный миф, в отличие от древнего, широко открыт историческому содержанию, которое в нем может совмещаться с комизмом, универсальным антропологизмом.

Древний и новый миф в равной мере вырастают лишь в соседстве с неизвестным, внося в непознаваемое или хаотичное, осмысленность мирового закона или того, что понимают под ним творцы мифов.

Типологическое творчество на зрелых этапах его развития, в отличие от немифологического, ограничивается созданием эстетических объектов, включенных в историческую и бытовую действительность, а в реалистической литературе нового времени тяготеющих к социальному наполнению и осмыслению. Строительным принципом типологических образов, так же как и немифологических является фантазия, но совсем иной природы, чем фантазия лежащая в основе мифа, - прочно спаянная с наличной действительностью, контролируемая ею и обычно (не всегда и не во всех аспектах) сознаваемая автором и читателем как литературная условность.

Мифологические образы и представления культивируются в самых широких литературных сферах XXвека. Критерий оценки этой мифологизированной литературы нужно искать не столько в самом методе мифологизации, сколько в конкретной направленности и эстетическом уровне произведений, построенных на основании метода, иначе говоря, в их отношении к истине, включая истину художественную.

Сравнительно ранним, но знаменательным периодом в литературном мифотворческом движении нового времени следует признать западноевропейский и русский символизм. В культуре русского символизма интерес к новой мифологии и широкий поток неомифопоэтического творчества был предопределён самой сутью и явился естественным продолжением традиций предшествующих культур. В мифотворческой эстетике символизма гуманистическое начало оказалось в значительной мере преобладающим. Впрочем, изучение мифотворческого аспекта в творчестве русских символистов и тем более их теоретических высказываний, относящихся к этому вопросу, только начинается.

Касаясь этой темы, важно отметить присутствие мифотворческой стихии не только в литературных произведениях символистов, но в их жизненных восприятиях и жизненном укладе. Мифологизация, а иногда и проще – мифологизирующее обыгрывание личных, особенно любовных отношений, дружбы природы, города, истории и образов современников, возлюбленных, друзей или знакомых.

2. Мастер романтического образа Николай Степанович Гумилёв.

Николай Степанович Гумилев (1886-1921), русский поэт. Сын морского врача. В детстве жил в Царском селе, с 1895 – В Петербурге, в 1900-1903 – в Тифлисе, где в местной газете впервые было опубликовано стихотворение Гумилева (1902). Учился в петербургской и тифлисской гимназиях. Осенью 1903 семья вернулась в Царское Село, где юноша завершил (1906) гимназическое образование. На литературные вкусы начинающего поэта, по-видимому, оказал влияние директор Царскосельской гимназии поэт И.Ф. Анненский; повлияли также труды Ф. Ницше и стихи символистов.


Ключевые слова: античность, Ахматова, Мандельштам, поэзия, Серебряный век.

Культура и история существуют и познаются не только на уровне фактов и следственно-причинных связей, но и на уровне образно-символическом, который обеспечивает ясное понимание человеком конкретного исторического или культурного периода.

Первым литературоведом, который сформулировал положение, что в культуре серебряного века мы имеем дело с энтелехией античности, был Г. С. Кнабе [7, с. 24–27]. Одной из причин обращения поэтов Серебряного века к классическим мотивам является кризис позитивистского мировосприятия. Обновляется язык искусства, вечные ценности. Появляется стремление найти преемственность духовных начал, возникает интерес к наследию античности и её мифологии [10, с. 192].

Образ Луны-Селены играет определяющую роль в сборнике [12, с. 402–413]. Вся жизнь лирической героини проходит под покровительством этой божественной силы, однако, образ связан с трудными периодами её жизни. Здесь же присутствует мотив одиночества в творчестве Анны Ахматовой [12, с 414–424]. (Знаю я, у вас заведено//С кем попало целоваться под луной//; //Мимоза пахнет Ниццей и теплом//В луче луны летит большая птица).

Своим зеркалом Анна Ахматова считала не только Музу и Луну-Селену, но и древнегреческий образ Кассандры, которая была наделена даром пророчества и предвидела падение Трои. С той поры имя Кассандры стало нарицательным — вестница несчастья. Стоит отметить, что образ этой античной героини-пророчицы появляется тогда, когда было нельзя предвидеть катастрофы старого мира, связанного с революцией: (Закрыв лицо, я умоляла Бога//До первой битвы умертвить меня//) [5, с. 325–327].

В третьей строфе идёт речь о траурном флаге воспоминаний (Огромный флаг воспоминанья//За кипарисною кормой//). В Греции кипарис был символом мрачного бога подземного царства Гадеса и более жизнерадостных богов Зевса, Аполлона, Афродиты и Гермеса. То, что над судном развевается черный парус — образ из греческой мифологии, известный из мифа о Тесее и Ариадне. Мы понимаем, что корабль плывёт на похороны самого поэта.

В конечном варианте стихотворения говорится о блуждающей отаре овец, похожих на плебеев, добровольно покинувших Рим. Согласно библейской традиции, овцы — это воплощение кротости и символ затерянности [11, с. 27–32]. Отара в стихотворении Мандельштама — стадо сбившихся с правильного жизненного пути людей. Но одновременно она демонична, похожа на толпу таинственных халдеев, занимающихся предсказанием будущего. Часто, когда они проявляли чрезмерную жадность, правительство гнало их прочь из Рима.

В стихотворении Мандельштама халдеи — черные. Античность связывала белый цвет со светом и ясностью, а черный — с ночью. Подчёркивается связь овец с таинственным миром подполья, ада. Мандельштамовская отара — это черные овцы, непокорные, своевольные, непримиримые с обществом, с Центром, точно так же, как римские халдеи и взбунтовавшиеся плебеи: (Их тысячи — передвигают все,//Как жердочки, мохнатые колени//Трясутся и бегут в кудрявой пене…//). В данном контексте пена — символ первобытного хаоса [8, с. 561–574].

В последней строфе отаре угрожает нападение воинов: (И побежали воинов палатки…//). Если отара хочет жить, она должна вернуться в Рим, ведь только он может уберечь овец от гибели. Ибо Рим по О. Э. Мандельштаму—источник вечной жизни [11, 12–26].

Основные термины (генерируются автоматически): Рим, лирическая героиня, образ, Серебряный век, стихотворение, образ Музы, Гомера, лунный лук, Муза, розовая пена усталости.

Мифологический текст отличается от литературного произведения не столько своим содержанием, сколько своим отношением к миру. Литературный текст имеет начало и конец, у него есть автор и читатель; то, что он описывает, может быть правдой, но может и содержать различные формы вымысла, причем предполагается, что читатель в принципе отличает правду от вымысла. На сознательном сбивании читателя с толку основываются литературные мистификации, в которых автор пытается выдать вымысел за реальность. Миф же не имеет ни начала, ни конца, он принципиально

Миф не знает разграничения автора и читателя; его не создают и не читают – его творят, им живут. Миф разыгрывается в ритуале, и каждый участник ритуала – творит миф. Про миф нельзя сказать, правда это или выдумка, так как миф строится по особой логике, в которой не действует закон противоречия.

Мы уже неоднократно упоминали о том, что для творчества младших символистов были исключительно важны религиозно-философские идеи В. Соловьева, однако, в отличие от самого Соловьева, для них эти идеи имели в значительной мере мифологизированный характер,

Возрождение интереса к мифологии – вообще характерная черта модернистских направлений искусства XX века. И в значительной мере именно символизм заложил основные принципы этого нового мифологизма. Если интерес к мифологии и мифотворчеству был характерен для всех младших символистов, то конкретные формы, которые он принимал в их творчестве, имели у каждого из них важные отличия.

Так, Вячеслав Иванов, глубоко эрудированный историк и филолог, воскрешал в своем творчестве мифологию античности. Те мифы и легенды, которые заучивались в гимназиях и изучались в университетах, мифы и легенды, которые создавались давно умершими людьми на давно уже мертвых языках, вдруг оказались захватывающе современными, увлекательными и прекрасными. Вот как Вяч. Иванов описывает менаду (вакханку, участницу мистерии в честь бога Диониса):

Бурно ринулась Менада Словно лань, Словно лань, С сердцем, вспугнутым из персей, Словно лань, Словно лань, С сердцем, бьющимся, как сокол Во плену, Во плену, С сердцем, яростным, как солнце Поутру, Поутру, С сердцем, жертвенным, как солнце Ввечеру, Ввечеру (1906)

Смерть и возрождение Диониса, торжественно отмечавшиеся в Древней Греции каждый год (Дионис принадлежал к числу умирающих и воскресающих богов), Вяч. Иванов сумел изобразить как событие, трагизм которого не литературный, а жизненный.

Для А. Блока важна была не филологическая чистота и историческая точность мифа, а его принципиальная открытость. Он не стремится, в отличие от Вяч. Иванова, возродить в современном человеке психологические переживания человека античности, для него мифотворчество – вечно продолжающийся процесс, захватывающий и современность. Свои мифы были не только в античности, но и в средние века, а также и в литературе нового времени.

Мифология находится вне истории, она связана не с временем, а с вечностью. Поэтому в мифе широко встречаются анахронизмы (то есть смешения явлений, принадлежащих различным эпохам). Образ Прекрасной Дамы, первоначально заимствованный у В. Соловьева, постепенно обогащается другими сюжетами и ассоциациями: это и Коломбина, и Кармен, и Офелия и т. д.

Иногда эти вторичные образы как бы оттесняют основной образ Прекрасной Дамы на задний план, как например, в стихотворении из зрелого творчества Блока “Шаги командора”, где речь, казалось бы, идет только о Дон Жуане и Донне Анне, но называние Донны Анны “Девой Света” ясно указывает на то, что она же является и Прекрасной Дамой. В этом стихотворении легенда о Дон Жуане, пригласившем на свидание Донну Анну, вдову убитого им на дуэли Командора, и статую самого Командора, вырвана из привычного пространства и времени (средневековая Испания). Действие стихотворения происходит всегда и всюду. Так, как явный и демонстративный анахронизм в стихотворении вводится автомобиль – “мотор”, как тогда говорили.

Донна Анна только что умерла и лежит в своей “пышной спальне”, но, с другой стороны, она умерла уже давным-давно и свои “неземные сны” она видит в могиле. Действие стихотворения длится лишь несколько мгновений – пока раздается бой часов – но мгновения эти длятся вечно: последние два стиха, выделенные Блоком курсивом, утверждают, что свое окончание этот сюжет получает в момент конца света, когда мертвецы встают из своих гробов,- тогда воскресает и попранная Красота Мира.

Если для Вяч. Иванова корни мифа – в прошлом, а для Блока – в настоящем, то для А. Белого они находятся в будущем. В этом отношении он близок к послесимволистским течениям модернизма, например, к футуризму: миф у них приобретает черты утопии.

Так, аргонавты А. Белого отправляются в путешествие не просто за золотым руном, как в древнегреческом мифе, а за солнцем, радостью, раем. Как и декаденты, младшие символисты безоговорочно приняли революцию 1905- 1907 годов. Как и декаденты, они видели в ней, в первую очередь, стихию (сравнивали ее с бурей, наводнением и т. п.).

Как и декаденты, они были захвачены героическим пафосом революционной борьбы. Например, А. Блок создает в это время такие стихотворения, как “Шли на приступ. Прямо в грудь…”, “Ангел-хранитель” и т. д. Вячеслав Иванов обращается к современности и даже пишет политические стихи (“Стансы” и другие).

Однако в восприятии революционной действительности младшими символистами имелись и свои особенности. Во-первых, революция для них была событием не столько политическим, сколько духовным. Для Вячеслава Иванова и, отчасти, Андрея Белого она была “революцией духа”, и заключаться она должна была в полном перерождении духовного мира человека (позднее эту идею подхватят футуристы, в частности, Владимир Маяковский).

Во-вторых, революция была для них мистерией – актом космической драмы, разыгрываемой участниками революции. Мистерия эта приобретала отчетливые апокалипсические тона: крушение царизма связывалось с общей гибелью старого мира. Впоследствии, сквозь призму этих же представлений Блок и Белый будут смотреть и на Октябрьскую революцию.

В заключительном стихе “Двенадцати” Блока появляется и возглавляет революцию Иисус Христос, что означает конец света: Христос является судить живых и мертвых. Аналогичный образ находим и у Белого, откликнувшегося на Октябрьскую революцию поэмой “Христос воскрес”. В-третьих, в отличие от индивидуалистического протеста декадентов, для младших символистов в революции важна была ее стихийность и массовость.

Эта сторона революции была особенно важна для Вяч. Иванова, смотревшего на эту стихию сквозь призму идей Ф. Ницше. Ницше противопоставлял рассудочное и индивидуалистическое начало, восходящее к богу солнца Аполлону, и иррациональное и массовое начало, восходящее к Дионису.

Современный ему этап истории России Вяч. Иванов понимал как движение от аполлонизма к дионисийству, к разгулу стихийных сил. Он называл его “правым (то есть справедливым) безумием”.

После разгрома революции в 1907 году символизм вступил в полосу кризиса: идеи как декадентов, так и младших символистов оказались в значительной мере исчерпанными, новых идей не было. Символизм начал терять свое общественное значение, искания поэтов приобрели чисто эстетический характер. Вместе с тем в это время внутри символизма идет важная и напряженная работа, связанная с исследованием самого символизма и литературы вообще. Вопросы стиховедения и теории перевода волновали Валерия Брюсова.

Уже известные мастера слова и совсем неопытные еще авторы собирались на “Башне” у Вячеслава Иванова. Вскоре эти собрания получили название “Академии стиха”. Многие молодые поэты, вступившие в литературу уже после распада символизма, получили здесь свое поэтическое образование.

Параллельно с этим Андрей Белый и группировавшиеся вокруг него молодые литераторы и литературоведы закладывали основы научного статистического стиховедения. Первые результаты этих исследований были опубликованы в вышедшей в 1910 году книге А. Белого “Символизм”.

Читайте также: