Геополитические центры исламского мира кратко

Обновлено: 13.04.2024

История многократно ставила перед российской государственностью самые трудные задачи И тем не менее Россия, ведомая русским народом, находила силы вставать с колен, преодолевать препятствия, социальные потрясения и набирать новую силу.
Цель данной работы – проанализировать геополитическое положение Ирана, Ирака, Турции и других мусульманских государств.

Содержание работы

1. Ведение…………………………………………………………………………3
2. Новый геополитический порядок в регионе Иран-Ирак-Турция-Афганистан, связанный с развалом СССР……………………………………..4
3. Геополитические факторы атлантической Турции…………………………6
3.1. Евразийская стратегия Турции ……………………………………. 6
3.2. Фазы перманентного геополитического выбора…………………. 7
3.3. Атлантистская стратегия Турции во второй половине ХХ в………9
4. Роль Саудовской Аравии в регионе…………………………………………11
5. Ударная армия ислама: Афганистан-Пакистан……………………………..14
6. Заключение……………………………………………………………………18
7. Список литературы……………………………………………………………19

Содержимое работы - 1 файл

Копия Геополитика.docx

2. Новый геополитический порядок в регионе Иран-Ирак-Турция-Афганистан, связанный с развалом СССР……………………………………. .4

3. Геополитические факторы атлантической Турции…… ……………………6

3.1. Евразийская стратегия Турции ……………………………………. 6

3.2. Фазы перманентного геополитического выбора…………………. 7

3.3. Атлантистская стратегия Турции во второй половине ХХ в………9

4. Роль Саудовской Аравии в регионе…………………………………… ……11

5. Ударная армия ислама: Афганистан-Пакистан…………………………… ..14

В последнее время в мире все больший интерес вызывает феномен “исламского возрождения” в странах Ближнего и Среднего Востока Решающий толчок, выведший исламский фактор в ранг первостепенных проблем мировой политики, сделала антишахская революция 1979 г в Иране По таким показателям, как напряжение общественных сил, накал страстей в самом Иране и в мире, число жертв, принесенных в ходе борьбы против режима шахиншаха Мохаммеда Реза Пехлеви, она не имеет прецедентов в странах Третьего мира Велико влияние революции на все страны исламского мира.

С геостратегической точки зрения Россия отождествляется с самой Евразией, совпадает с геополитическим понятием, Heartland или, по Макиндеру, “Географической Осью Истории”. Она объединяет евразийский Запад и евразийский Восток, являясь самостоятельным, особым геополитическим организмом — ни Востоком, ни Западом — со своей особой культурой “Срединной Империи”.

История многократно ставила перед российской государственностью самые трудные задачи И тем не менее Россия, ведомая русским народом, находила силы вставать с колен, преодолевать препятствия, социальные потрясения и набирать новую силу.

Цель данной работы – проанализировать геополитическое положение Ирана, Ирака, Турции и других мусульманских государств.

Новый геополитический порядок в регионе Иран-Ирак-Турция-Афганистан, связанный с развалом СССР

Значение распада Советского Союза и системы социализма с позиций нынешнего дня оценить чрезвычайно трудно. Время, прошедшее с момента фактического развала СССР, по меркам истории слишком мало. Поэтому даже границы России нельзя пока считать окончательно определившимися. Геополитическое положение РФ еще неопределеннее- политическая система, характер международных отношений, положение в геополитическом пространстве бывшего СССР ее очень зыбки.

Самой историей России отведена роль атланта мирового цивилизованного равновесия между Западом и Востоком. Раздробленная на части, она не сможет выполнить роль мирового силового барьера. Подобно волнам цунами геополитический дисбаланс станет распространяться по всем направлениям на внешний мир, сметая на своем пути не только государства, но и народы. Эту проблему обстоятельно исследовал в свое время русский мыслитель И.А. Ильин. Для восстановления функции равновесия надо не осуществлять политику “вестернизации” России, а создавать евразийско-азиатский союз. Во внутренней политике это было бы сплочение тех стран СНГ, которые этого хотят, во внешней — преодоление односторонней ориентации, смена ее на балансируемое равноудаление при опоре на свои силы.

События последней четверти XX в. весьма негативно сказались на состоянии отношений РФ с исламским миром, серьезно осложнив их. Это прежде всего войны в Афганистане и Чечне. Политические лидеры, их советники (бывшего СССР и РФ) не приняли во внимание специфику исламского мира. Социалистические, интернационалистские идеи, светское мироустройство государственной жизни и т.д. оказались для Афганистана и в определенной степени для Чечни совершенно неприемлемыми. Афганский пожар полыхает до сих пор.

Исламский мир увидел в Чеченской войне вызов и принял в ней довольно активное участие (волонтеры из Турции, Саудовской Аравии, Пакистана, Афганистана и других стран Ближнего и Среднего Востока воевали на стороне братьев по вере, не говоря об огромных финансовых вливаниях в Чечню). Возмущение и недоумение в исламских странах вызвала необдуманная антироссийская политика бывшего министра иностранных дел РФ Андрея Козырева. Россия во имя налаживания союзнических отношений с США поддержала антиливийские, антииракские действия Вашингтона. В геополитическом и экономическом плане дипломатические действия РФ, начиная с 1991 г. (“Буря в пустыне” — проведенная США акция против Ирака) по 1996 г. в отношении исламского мира кроме как провальными не назовешь.

Выступление ведущих политиков среднеазиатских государств с позиций национализма, подчеркнутое дистанцирование от России, заявления о приверженности общемусульманским ценностям находят поддержку не только в Иране, Турции, Пакистане, Саудовской Аравии, но и в США и Европе. США поощряют попытки сформировать политический блок среднеазиатских государств при их главенствующей роли. “Аппетиты” лидеров Ислама сдерживают экономическая привязанность среднеазиатских и кавказских республик к России, а также опасения политиков НАТО неконтролируемого роста исламского фундаментализма. Лидеры стран Запада предпочитают сделать ставку на Турцию, которая тесно связана с НАТО.

Геополитические факторы атлантической Турции

Евразийская стратегия Турции

Место Турции в глобальном геополитическом контексте: мощная региональная держава береговой зоны пребывает в перманентном геополитическом выборе

Следует подчеркнуть, что геополитический выбор чаще всего остается трансцендентным в отношении конкретных идеологий или политических партий. Хотя между геополитическим выбором и определенными идеологическими системами существует определенная симметрия и взаимосвязь, никакого тождества в этой области провести нельзя. Евразийская и атлантистская партии могут быть правыми и левыми, религиозными и светскими, демократическими и тоталитарными, консервативными и прогрессистскими. Более того, в рамках одной и той же партии и политической системы вполне могут существовать геополитические полюса, ориентирующиеся на противоположные геополитические реальности. Такое положение дел требует очень тщательно анализа в каждом конкретном случае. Решение геополитической теоремы в рамках партийных, социальных, идеологических споров и полемик может происходить самым причудливым образом, разводя по разные стороны баррикад партийных единомышленников, сближая между собой сторонников самых противоположных мировоззрений и партийных платформ. Геополитика накладывает на политологическую и социологическую картину общества дополнительную сетку, которая основана на автономной системе признаков.

Фазы перманентного геополитического выбора

Настоящий же выбор начинается в ином контексте: это фундаментальный выбор между атлантизмом и евразийством.

Далее следует серия симметричных шагов в сторону Советской России. Убежденный сторонник лаицизма и светскости Ататюрк видит в большевизме то, что хочет видеть новую нацию, светскую республику, динамично развивающийся евразийский полюс, выбирающийся из развалин старой империи. И как сам Кемаль Ататюрк решительно рвет с османским прошлым, так и Ленин рвет с царизмом. Следует сближение Анкары с большевистской Москвой, одним из зримых следов которого является современный Карабах, отданный Кремлем Советскому Азербайджану в знак симпатии к младотурецкой Анкаре.

Характеризуется геополитика стран исламского мира, этот регион на современной геополитической карте выглядит одним из самых неспокойных и динамичных на планете. Ислам - вторая по численности последователей мировая религия.

В Ливии разворачивает свои действия Всемирное политическое народное руководство во главе М.Каддифи, которое оказывает военно- политическую поддержку экстремистским религиозно-политическим движениям.

Множество радикальных религиозных организаций действуют в Пакистане.

Далее при изучении темы, анализируем стратегию США и «большой семерки в отношении геополитических амбиций ислама.

Можно отметить, что американская политика, нацеленная на контроль за экстремизмом в исламском мире, себя не оправдала.

Иракские и иранские курды активно втягивают турецких курдов в борьбу за национальную независимость и стремление получить национальную автономию. Исламисты видят и новое предназначение тюркских народов в создании Великой тюркской империи, включая бассейн Каспийского моря и Среднюю Азию. Российские исследователи обращают внимание на то, что ни Турция, ни Иран не смогли закрепиться в Центральной Азии, частично успешной оказалась их политика в Закавказье. Таким образом, в мусульманском мире крупными геополитическими игроками являются Иран, Турция, США и Россия.

В Российской Федерации проживает больше 20 млн. мусульман, которых связывает со славянами историческое прошлое, и мировоззренческое сходство ислама и православия.

Источники информации 1.

Агестон К. Альтернативный глобализм. М., 2004. 2.

Арбатов А. Г. Безопасность: российский выбор. М., 1999. 3.

Бокль Г. Т. История цивилизации. М., 2001. 4.

Бжезинский Г. Великая шахматная доска. М., 1999. 5.

Василенко И. А. Геополитика. М., 2003. 6.

Владимиров А. И. Тезисы и стратегии России. М., 2004. 7.

Гаджиев К. С. Геополитика Кавказа. М., 2001. 8.

Гаджиев К. С. Геополитика. М., 1997. 9.

Генон Р. Кризис современного мира. М., 1991. 10.

Геополитическое положение России: представления и реальность. М., 2000. 11.

Гумилев Л. Н. От Руси к России. М., 1992. 12.

Гумилев Л. Н. Ритмы Евразии: эпоха и цивилизация. М., 1992. 13.

Дергачев В. Геополитика. М., 2004. 14.

Дугин Л. Е. Основы геополитики. М., 2000. 15.

Жильцов С. и др. Геополитика Каспийского региона. М., 2003. 16.

Зубов А. Геополитическое будущее Кавказа // Знамя. — 2000. № 4. 17.

Колосов В. А., Мироненко. Геополитика и политическая география. М., 2001. 18.

Мелихов И. Исламский мир // Международная жизнь. — 2001. № 3. 19.

Нартов Н. А. Геополитика. М., 2004. 20.

Най Дж. После Ирана: мощь и стратегия США // Россия в глобальной политике. — 2003. Т. 1. № 3. 21.

В последнее время в мире все больший интерес вызывает феномен “исламского возрождения” в странах Ближнего и Среднего Востока Решающий толчок, выведший исламский фактор в ранг первостепенных проблем мировой политики, сделала антишахская революция 1979 г в Иране По таким показателям, как напряжение общественных сил, накал страстей в самом Иране и в мире, число жертв, принесенных в ходе борьбы против режима шахиншаха Мохаммеда Реза Пехлеви, она не имеет прецедентов в странах Третьего мира Велико влияние революции на все страны исламского мира.

Две параллели - конспирологическая и геополитическая как бы задают основания этой теме. Первая - выход на метачеловеческий, мистический план истории, связанный с древними царствами и тайными вероучениями, второй - план конкретных действий и сугубо прагматической мотивации.

Что реально стоит за картиной исламской геополитики?

Здесь присутствуют три радикально отличных типа традиции. Первая - общепрофанный суннизм, то есть религия масс, эгалитарный и агрессивный экзотеризм.

Социальный идеал - теократическая республика, на деле - крайне пластичная приспособленность практически к любым социальным условиям.

Два других типа - исмаилитский и джафаритский (то есть признающий цепь двенадцати имамов) шиизм.

Низаритский исмаилизм и ортодоксальный (иранский по преимуществу) шиизм - совершенно различные метафизические типы; при этом оба тяготеют к монархическому имперскому принципу. Ни в одной из традиций, аутентично сохраненных сегодня, не выражен с такой яркостью основной инстинкт индоевропейской мифологии - вера в возвращение последнего Императора. В этом сходятся буквально все индоевропейские традиции, но только в шиизме этот инстинкт достигает такой полноты, которая реально алхимически воспроизводится в перманентную революцию, во взрыв против направления истории.

Исмаилитский и классический шиизм отличает принцип отношения к территории.

Сам принцип подхода к территории (в натуральном политическом смысле) может много сказать о типе сознания традиции, которая эту территорию “осваивает”.

Для исмаилитов это был “принцип плацдарма” - пиратский, экстенсивный способ. Им было все равно, с какой территории начинать свою революцию - это вопрос случая. Они были, конечно, типичными “космополитами” в сегодняшнем понимании. Низаритские государства проводили свою геополитику, понимая ее исключительно как захват плацдармов для строительства крепостей. Туземцы в-общем рассматривались ими как историческое недоразумение.

Такое государство работает исключительно на то, чтобы “взорвать мир”. Ближайший аналог исмаилизму из современных политических гуру - один из основных теоретиков большевизма Троцкий (его теория перманентной революции). Государство здесь - бочка с бензином или ящик с динамитом, не больше. Единственная цель - взорвать мир.

Иранский шиизм был органично-национален. Здесь ясно видно архетипическое совпадение между религиозной идеологией и менталитетом нации, причем с самыми глубинными его пластами. При таком сочетании единственно могла возникнуть культура, то есть то, чего не оставил исмаилитский имамат.

Это различие примечательное, но не единственное, и, вернее всего, не основное.

Здесь можно коснуться алхимического отличия между ними. Это два разных принципа взаимодействия с Энергией. В шиизме классическом главный акцент делается на утрату, разрыв связи - но это алхимическая возможность для зеркального отражения этой экспоненты в кризисе, взрыве, революции. Исмаилизм, напротив, предполагает постоянную генеалогическую связь с Принципом - но это энергетическое равновесие (“прямая”), неспособное на взрыв. Исмаилитские радикалы пытались мистериально получить эту энергию через само-ограничение, “рисование круга”, строительство энергетических центров (даже их архитектурные изыскания предполагают такой поиск), уединение в горном Аламуте (“Монсегюр”).

Манихейство, религия, во многом повторяющая (а вернее, предваряющая) исмаилитские гностические максимы, также оказалось органически неспособно включиться в real politic на конспирологическом уровне, а тезис о “нестерпимом положении вещей”, доминирующий в манихейской апологетике, привел не к эсхатологическому взрыву, как ожидалось, а к перманентной революционной активности, несвязанной с национальным принципом.




Движение, заявившее о своем несогласии с миром, не может вообще выражать какую-либо национальную энергию. Неорганичные “ереси” могут в первые сто лет своего возникновения оказывать существенное влияние на ход истории, но, оставаясь неукорененными, они теряют импульс своей миссии и гаснут, превращаясь в тоталитарные псевдогосударства, незаметно для себя имитируя роль фантома, которой они наделили было весь остальной мир.

В последнее время в мире все больший интерес вызывает феномен “исламского возрождения” в странах Ближнего и Среднего Востока Решающий толчок, выведший исламский фактор в ранг первостепенных проблем мировой политики, сделала антишахская революция 1979 г в Иране По таким показателям, как напряжение общественных сил, накал страстей в самом Иране и в мире, число жертв, принесенных в ходе борьбы против режима шахиншаха Мохаммеда Реза Пехлеви, она не имеет прецедентов в странах Третьего мира Велико влияние революции на все страны исламского мира.

Две параллели - конспирологическая и геополитическая как бы задают основания этой теме. Первая - выход на метачеловеческий, мистический план истории, связанный с древними царствами и тайными вероучениями, второй - план конкретных действий и сугубо прагматической мотивации.

Что реально стоит за картиной исламской геополитики?

Здесь присутствуют три радикально отличных типа традиции. Первая - общепрофанный суннизм, то есть религия масс, эгалитарный и агрессивный экзотеризм.

Социальный идеал - теократическая республика, на деле - крайне пластичная приспособленность практически к любым социальным условиям.

Два других типа - исмаилитский и джафаритский (то есть признающий цепь двенадцати имамов) шиизм.

Низаритский исмаилизм и ортодоксальный (иранский по преимуществу) шиизм - совершенно различные метафизические типы; при этом оба тяготеют к монархическому имперскому принципу. Ни в одной из традиций, аутентично сохраненных сегодня, не выражен с такой яркостью основной инстинкт индоевропейской мифологии - вера в возвращение последнего Императора. В этом сходятся буквально все индоевропейские традиции, но только в шиизме этот инстинкт достигает такой полноты, которая реально алхимически воспроизводится в перманентную революцию, во взрыв против направления истории.

Исмаилитский и классический шиизм отличает принцип отношения к территории.

Сам принцип подхода к территории (в натуральном политическом смысле) может много сказать о типе сознания традиции, которая эту территорию “осваивает”.

Для исмаилитов это был “принцип плацдарма” - пиратский, экстенсивный способ. Им было все равно, с какой территории начинать свою революцию - это вопрос случая. Они были, конечно, типичными “космополитами” в сегодняшнем понимании. Низаритские государства проводили свою геополитику, понимая ее исключительно как захват плацдармов для строительства крепостей. Туземцы в-общем рассматривались ими как историческое недоразумение.

Такое государство работает исключительно на то, чтобы “взорвать мир”. Ближайший аналог исмаилизму из современных политических гуру - один из основных теоретиков большевизма Троцкий (его теория перманентной революции). Государство здесь - бочка с бензином или ящик с динамитом, не больше. Единственная цель - взорвать мир.

Иранский шиизм был органично-национален. Здесь ясно видно архетипическое совпадение между религиозной идеологией и менталитетом нации, причем с самыми глубинными его пластами. При таком сочетании единственно могла возникнуть культура, то есть то, чего не оставил исмаилитский имамат.

Это различие примечательное, но не единственное, и, вернее всего, не основное.

Здесь можно коснуться алхимического отличия между ними. Это два разных принципа взаимодействия с Энергией. В шиизме классическом главный акцент делается на утрату, разрыв связи - но это алхимическая возможность для зеркального отражения этой экспоненты в кризисе, взрыве, революции. Исмаилизм, напротив, предполагает постоянную генеалогическую связь с Принципом - но это энергетическое равновесие (“прямая”), неспособное на взрыв. Исмаилитские радикалы пытались мистериально получить эту энергию через само-ограничение, “рисование круга”, строительство энергетических центров (даже их архитектурные изыскания предполагают такой поиск), уединение в горном Аламуте (“Монсегюр”).

Манихейство, религия, во многом повторяющая (а вернее, предваряющая) исмаилитские гностические максимы, также оказалось органически неспособно включиться в real politic на конспирологическом уровне, а тезис о “нестерпимом положении вещей”, доминирующий в манихейской апологетике, привел не к эсхатологическому взрыву, как ожидалось, а к перманентной революционной активности, несвязанной с национальным принципом.

Движение, заявившее о своем несогласии с миром, не может вообще выражать какую-либо национальную энергию. Неорганичные “ереси” могут в первые сто лет своего возникновения оказывать существенное влияние на ход истории, но, оставаясь неукорененными, они теряют импульс своей миссии и гаснут, превращаясь в тоталитарные псевдогосударства, незаметно для себя имитируя роль фантома, которой они наделили было весь остальной мир.

Очерк о стратегии исламского мира

Стратегические проблемы исламского мира можно свести к следующим:

  • отсутствие единого религиозного центра, субъекта, способного говорить от большинства исламского мира - ни одна религиозная структура не признается более 20% уммы;
  • существуют несколько конкурирующих политических центров, которые показаны на рисунке ниже - толщина стрелок отражает степень противоречий, пунктирные стрелки показывают скрытые/ будущие противоречия;
  • кризис традиционного ислама;
  • размывание форм национальной идентичности в рамках агрессивной глобализации и радикализации;
  • большое количество контр- и анти- системных проектов внутри исламского мира.

Политические центры исламского мира

Политические центры исламского мира

Существующие тенденции (наиболее вероятное развитие событий) с большей долей вероятности приведут к следующим изменениям:

  • падение режима Саудов - беда в том, что практически для всех внешних и внутренних игроков это выгодно;
  • переход Ирана и Малайзии/ Индонезии в шестой технологический уклад, как элементов его периферии, и как следствие значительное изменение их самоидентификации;
  • экономическая и управленческая интеграция Пакистана и значительной части Афганистана обратно в Большую Индию;
  • деградация и распад государственных структур других мусульманских стран;
  • отыгрыш идей панарабизма;
  • деградация исламского банкинга;
  • распад исламских сетевых структур.

Важной проблемой исламского мира является религиозный разлом – наиболее перспективный политический центр – шиитский Иран (менее 20% мусульман шииты). Он не может быть признан существующим суннитским миром, но прямой конфликт персов с арабскими странами или Турцией будет трагичен для последних.

Долгие годы от имени исламского мира выступала Саудовская Аравия, которая была включена в мировую элиту вместе с фининтерном и западными капиталистическими элитами, но время саудитов заканчивается, нужен новый лидер.


Переход лидерства к Турции

Вот и Турция выходит с тремя противоречивыми проектами – пантюркизм, неоосманизм и панисламизм. Вот только все окрестные народы совсем не видят турок в качестве старшего брата, историческая память, неясные перспективы и встроенность национальных элит в другие блоки и структуры создают пропасть между мечтами и реальностью.

Шанс заключается в объединении исламского мира - если на общую победу будут играть остальные центры, ставя под угрозу даже свое существование, то шанс появляется.


Стратегия черного ислама (салафиты)

Данное движение исламского мира практически полностью растратило энергию. Появившееся как ответная реакция на давление глобальных элит, координируемое Саудовской Аравией ваххабитско-салафитское, а по сути сектанско-обновленческое движение, исчерпало смыслы. Возрождение обще мусульманского государства (Халифата) провалилось, а без финансовой и идеологической накачки монархий залива остается лишь стратегия на недопущение реализации планов других игроков.

Основная стратегия – переворачивание игровой доски, расчистка пространства для последующей экспансии и формирования новой обще исламской элиты, ослабление конкурирующих центров внутри уммы. Цена за эту политику будет крайне высокой – гибель большей части арабской элиты, в первую очередь Саудов. Наиболее близкий образ – взрыв, который убивая, расчищает эпицентр, но осколки разносят и всех стоящих рядом.

Данные действия будут проводиться в плотном союзе с фининтерном (см. Стратегия правых глобалистов) – промежуточные цели у них совпадают. Саудовская Аравия традиционно была интегрирована в правящие мировые элиты на правах младших партнеров. Планировщики исламского мира должны быть готовы на очень(. ) большие жертвы.

Кто думает, что ваххабиты не пойдут на уничтожение Каабы и зачистку традиционной элиты мировой уммы, то посмотрите на фото Мекки со спутника. Городу более 2 тысяч лет, а в центре нет исторических зданий и сооружений – все снесли, одни небоскребы и так по всему полуострову.

Израиля больше нет, Турция помогает в эвакуации его населения, единственная из стран региона.

Основные направления экспансии

Основные направления экспансии

В крупнейших портах Китая и США ситуация схожа – большое скопление населения только помогает уничтожать центры культуры, науки и экономики. Небольшие партии наркотиков и оружия на кораблях всегда есть, где спрятать, а бактериологическое оружие не занимает много места.

Гибнут все без разбора? Так Аллах знает, кто с какой стороны стоит, все предопределено.

Афганистан принимает семьи арабских лидеров, где-то им же нужно спрятаться на несколько лет.

Шаг 5. Ответный удар России, остатков ЕС, Китая и США будет страшен – авиация и ракеты уничтожат столицы арабских стран.

В подвергнувшихся нашествию странах, где государственная власть устоит, а таких будет не так и много, войска будут убивать любого подозрительного, начнется геноцид некоренного населения, большие территории обезлюдят, многие страны перестанут существовать. Уровень цивилизации значительно снизится, целые индустриальные районы будут уничтожены – тоже совершенно случайно.

От удара возмездия и действий толпы практически все мусульманские народы и государства окажутся на уровне Ливии, без органов власти и признанных элит. Вот тут на сцену и выйдет Турция, как будущий и единый центр исламского мира.

Возникает вопрос, зачем такие потери и жертвы? Демография играет за исламский мир, а естественный ход развития цивилизации против, нужно пересдать карты. Размен один на один выгоден, пара поколений полностью закрепит новый баланс и позволит накопить силы для захвата, а жизнь конкретного человека? Не смешите… все во славу Его.

Кстати, с этого момента пути ислама и правых глобалистов расходятся, теперь они противники.

Шансы для остального мира и соседей – элиты не смогут договориться, выдвинуть единого субъекта от исламского мира и начать играть в его интересах. Т.е. не будет зачистки ландшафта от внешних и внутренних противоречий, а сразу передадут временное лидерство Эрдогану, оставив множество ограничений и проблем, фактически обрекая последнего на проигрыш.

Все на что сподобится черный ислам – рост хаоса в Афганистане и Пакистане, атака Средней Азии, гибель Саудовской Аравии и очередная волна беженцев, которая практически вся останется в Турции. Т.е. вместо стратегической помощи все это действие приведет к откровенному вредительству.


Стратегия красного ислама (Турция)

Шаг 1. Все время, пока реализуется стратегия черного ислама, Турция строит жесткую военную диктатуру, призывает одуматься, выступает посредником, проводит расследование и т.д.

Шаг 2. После зачистки политического ландшафта и гибели практически всех государств, Турция размещает военные гарнизоны в ключевых точках региона, а из местных остатков армии и полиции создает подконтрольные внутренние войска.

Шаг 3. Исламский мир превращается в дикое поле с анклавами цивилизации, где расположены турецкие войска. Территории зачищены от иноверцев, на бытовом уровне жизнь не мусульманам там просто невозможна.

В зону влияния попадает весь арабский мир, Средняя Азия, Кавказ, Балканы (через эти территории прошли волны мстителей, вырезав все пойманное население), часть черной исламской Африки, Пакистан и Афганистан. Шиитские территории переходят под контроль Ирана, у которого свой путь – следующий такт борьбы, в случае проигрыша Турции.

Морской путь из Китая в Европу опять становится безопасным, но только для кораблей под знаменами Пророка.

Шаг 4. Провозглашается единое государственное образование, по принципам каганата/ орды. Жесткая военная вертикаль, внутреннее законодательство определяется в рамках исламских законов и исторических национальных особенностей.

Ключевые смыслы – социальная справедливость, суфизм.

Шаг 5. Индустриализация по лекалам и масштабами Советского Союза, с национальной и региональной спецификой (климат в Аравии для развития промышленности не легче чем на Крайнем Севере)… Каддафи провозглашается авлия (святой), его заветы и наставления становятся знаменем новой внутренней политики.

Это будет четвертый технологический уклад, для пятого и шестого просто не хватит образованных людей и знаний.

Таким образом, исламский мир предложит остальному миру консервативный левый проект с религиозной спецификой, принципами справедливости и новым региональным центром. Попутно ослабляются прочие конкурентные проекты, мир сталкивается с массовым применением бактериологического и возможно ядерного оружия, но на все воля Его, да и виновные вроде как наказаны.

Что делать другим проектам в частности России? Не давать объединиться. Без сноса национальных элит, Эрдоган даже туркоманов не смог взять под защиту, а азербайджанцев убедить в ее пользе, что там говорить про курдов, арабов и тюркские народы. К тому же у красного ислама есть и другие кандидаты на лидерство и совсем не турки - черкесы и другие кавказские народы, а там ведь есть Рамзан…

Программа минимум для Турции – защитить ключевые страны для будущего исламского мира, в первую очередь Иран, Малайзию, Индонезию, от колонизации другими глобальными проектами.


Стратегия лазурного ислама

Символом стратегии будет Синдбад Мореход.

Структура исламского мира будет следующей: интеллектуальное и религиозное (. ) лидерство будет отдано Ирану, производство размещено в Индонезии и Малайзии, руководство отойдет Британии/ Новой Ганзе. Остальная часть исламского мира так и останется провинцией, демографическим резервом.

Шаг 1. Передача Ирану всех нефтегазоносных территорий Персидского залива. Переезд туда всего интеллектуального и научного цвета исламского мира, привлечение ученых из других стран.

Закладка в Малайзии/ Индонезии судостроения, с перспективой стать крупнейшими верфями, развитие индустрии.

Передача всех спецслужб под контроль Британии. Формирование наднациональных совещательных и согласующих органов власти под контролем Британии.

Обеспечение безопасности сухопутного и морского Шелкового пути в Средней Азии и Индийском океане западнее Индии.

Разрешение ограниченных форм ссудного процента для мусульман (в рамках отдельного контура на развитие инноваций с жестким духовным контролем), перестройка правил финансового центра в Лондоне под реалии нового ислама.

Скрытая зачистка наиболее радикальных муфтиев силами спецслужб и толпы.

Шаг 3. Выстраивание кооперации с США, Россией, Индией в части построение полунезависимой технологической зоны шестого уклада – часть отраслей локализуется (аддитивные технологии, информационная инфраструктура), другие развиваются в рамках кооперации (космос, часть ядерного цикла).

Формирование объединенных вооруженных сил под управлением Ирана.

Интеграция иудеев на высшие посты в общеисламскую иерархию.

Перевод высшего светского образования во всех странах на английский язык (новый образовательный канон), за арабским языком только религиозное образование. Родные языки остаются для бытового общения, культуры и среднего образования.

Создание единой, сквозной системы религиозного образования во всех странах, постепенное внедрение суфизма (старчества), зачистка недовольных.

Шаг 4. Формирование официальных государственных структур конфедеративного типа.

Интеграция немусульманских территорий на принципах культурной и религиозной автономии.

Таким образом, в отличие от двух первых, у стратегии лазурного ислама есть высокие шансы на успех, так как создание субъекта, говорящего от имени исламского мира процесс логичный и естественный. Общность исламский мир должен осознать себя во всем многообразии и стать единым.

Будет ли реализация этой стратегии сценария благом для России – нет. Появление сильного, энергичного и способного развиваться конкурента на южных границах само по себе не очень хорошо. А принимая во внимание нацеленность этого конкурента на часть населения Евразийского проекта, как носителя воинских и инженерных знаний и традиций более чем неприятно.

Какова контр-стратегия? Исламский мир не должен себя осознать и получить единого лидера ни по одной из категорий – религиозная, управленческая, военная, научная и экономическая. Всегда должно быть несколько центров. За Ираном будущее, а поскольку Саудовской Аравии остается не очень много шансов сохраниться (если не случится чуда), Турция имеет все шансы надорваться, то наш фаворит… Египет. Он должен быть достаточно сильным, чтобы не дать раздробить арабский мир и взять его под управленческий контроль Британии, но и не достаточно сильным, чтобы задавить Иран и стать новым центром.

Читайте также: