Лествица что это кратко и понятно

Обновлено: 20.07.2024

Книга была написана прп. Иоанном во время управления им Синайским монастырем. Святой Иоанн, игумен Раифского монастыря, от лица всех иноков своей обители просил написать для них "истинное руководство для последующих неуклонно, и как бы лестницу утверждену, которая желающих возводит до Небесных врат. " Преподобный Иоанн, отличавшийся скромным о себе мнением, сначала смутился, но затем из послушания приступил к исполнению просьбы раифских иноков. Свое творение преподобный так и назвал - "Лествица", объясняя название следующим образом: "Соорудил я лествицу восхождения. от земного во святая. во образ тридцати лет Господня совершеннолетия, знаменательно соорудил лествицу из 30 степеней, по которой, достигнув Господня возраста, окажемся праведными и безопасными от падения".

Содержание

"Лествица" представляет собой 30 бесед о 30 различных ступенях духовного восхождения к совершенству.

Цель этого творения - научить, что достижение спасения требует от человека нелегкого самоотвержения и усиленных подвигов. "Лествица" предполагает, во-первых, очищение греховной нечистоты, искоренение пороков и страстей в ветхом человеке; во-вторых, восстановление в человеке образа Божия. Хотя книга была написана для иноков, любой христианин, живущий в миру, получает в ней надежного путеводителя для восхождения к Богу.

Степени "Лествицы" - это прехождение из силы в силу на пути стремления человека к совершенству, которое не вдруг, но только постепенно может быть достигаемо, ибо, по слову Спасителя, "Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его" (Мф. 11, 12).

Переводы, издания, толкования

На "Лествицу" писали толкования св. Иоанн Раифский, по просьбе которого она и была написана, Илия Критский и др. "Лествица" всегда была настольной книгой для иноков, живущих в общежитии; отцы иноческой жизни, Феодор Студит, Иосиф Волоцкий и др. ссылаются на нее, как на лучшую иноческую книгу.

Уже в X-XI вв. "Лествица" переведена была с греческого на славянский язык в Болгарии; в XIV в. сделан был в Сербии другой перевод, при участии Георгия Бранковича и под руководством митр. Савватия. Оба эти перевода известны были в древней Руси.

В первопечатном моск. издании "Лествицы" [3] имеются и толкования русского происхождения, из "Устава" Нила Сорского, соч. Максима Грека и др.

Существует и особая русская переделка греч. "Лествицы", принадлежащая митр. Филофею (Лещинскому); это — так назыв. "Сибирский Лествичник".

Новые переводы "Лествицы" изданы Д. М. Ульянинским [4].

Текст "Лествицы"

Использованные материалы

[1] первое лат. изд., Венеция 1531

[2] По ее названию прп. Иоанн и именуется "Лествичником".

[3] М., 1647; изд. старообрядцев, Варш., 1785

[4] М., 1785; СПб., 1812 и 1817; Киев, 1823, Козельскою пустынью, М., 1892

Дорогой читатель, если ты видишь, что эта статья недостаточна или плохо написана, значит ты знаешь хоть немного больше, - помоги нам, поделись своим знанием. Или же, если ты не удовлетворишься представленной здесь информацией и пойдешь искать дальше, пожалуйста, вернись потом сюда и поделись найденным, и пришедшие после тебя будут тебе благодарны.


Лествица. Что это?

Священник Сергий Круглов. фото Анны Гальпериной

-Да , читал когда-то…

— Но не постоянно держишь ее, так сказать, на ночном столике у изголовья?

-Нет, вовсе нет. Такие книги, знаешь… Прочитал, что-то усвоил… А потом приходит время что-то из них применять в жизни… Ну, это уж как Бог даст.

— Так ведь вы, священники, так ее обычно прихожанам и преподносите…

-Да?…В самом деле, есть такое. Ну, уж ты нас прости…

Правда, что это – единственная православная книга, про которую икона написана?

-Да ладно, ничего… А правда, что это – единственная православная книга, про которую икона написана?

— Правда. Вот она, эта икона. Смотри: лестница от земли до неба, у подножия – Иоанн Лествичник такой в кафедре стоит , проповедует, а на лестницу карабкаются человечки. Одни дальше лезут, ко Христу, вокруг них ангелы, другие срываются, падают, их черные подхватывают, утаскивают…

Лествица. Икона

-Как думаешь, я на ней — где?

— Ох. Откуда мне знать. Это ты сам должен чувствовать.

-Ох!… Не знаю, брате.

— Да ничего… Нужная вроде бы книга, важная – но как нам-то ее, мирским, читать? Мы не отшельники, не в пустыне средневековой живем?

Лествица, лестница

Ступени к небу

— Ну вот смотри. Книга, говоришь, монашеская. Но вот как Лествичник изображает последовательность ступеней, ведущих к Небу, хоть монаха, хоть любого христианина:

  • Отречение мирского жития
  • Беспристрастность (отложение попечений и печали о мире)
  • Странничество (уклонение от мира)
  • Послушание
  • Покаяние
  • Память о смерти
  • Плач о своей греховности
  • Кротость и безгневие
  • Удаление памятозлобия
  • Несквернословие
  • Молчание
  • Правдивость
  • Отсутствие уныния и лености
  • Борьба с чревоугодием
  • Целомудрие
  • Борьба со сребролюбием
  • Нестяжание
  • Преодоление преград в аскетической жизни
  • Искоренение нечувствия
  • Малый сон, усердие к братской молитве
  • Телесное бдение
  • Отсутствие боязливости и укрепление в вере
  • Искоренение тщеславия
  • Отсутствие гордыни
  • Кротость, простота и незлобие
  • Смиренномудрие
  • Низложение страстей и укрепление добродетелей
  • Безмолвие души и тела
  • Молитва
  • Бесстрастие
  • Вера, надежда и любовь

Лествица, ступени

Восхождение

— Да… Пожалуй, ты прав, батюшка…

— А в том, что мы с тобой, пока тут разговариваем, смотри куда уже по этой лествице-то забрались.

— Ох!… Ёлки!… И точно.

— Вроде пока и невысоко – а голова-то кружится, скажи.

— Бать… Страшно мне… Навернёмся.

— Мне что ли не страшно. Но первое правило восхождения помнишь? Оно общечеловеческое: подымаешься вверх – не смотри вниз, не оборачивайся назад. Только вперед.

— А второе – уже чисто христианское: никто не восходит ко Христу в одиночку, не самоспасается, не самовозносится. Мы в Церкви, брате. Ты меня подсадишь. Я тебя подтяну. Только так, и никак иначе. Ну что, лезем дальше?

с 1872 по 1886 гг. – епископ Кавказский и Екатеринославский.

Предисловие

Преподобный Иоанн Лествичник, игумен горы Синайской – один из тех великих Угодников Божиих, память которых особенно прославляется Церковью и которых она преимущественно указывает своим чадам, как учителей духовной жизни.

В святые дни Четыредесятницы, когда христиане особенно обязаны заняться делом своего нравственного очищения и освящения, Святая Церковь нашла благопотребным и полезным предложить им для руководства в подвигах добродетели Лествицу преподобного Иоанна 1 , а в качестве образца представить его самого, как живую лествицу добродетелей 2 .

Поэтому и долг, и польза каждого православного христианина, ревнующего о благочестивой жизни, а кто не должен ревновать о ней! требуют от него ближайшего знакомства с жизнью Преподобного и вслед за тем внимательного изучения его назидательной книги. Если предлагаемое сочинение поможет кому-либо в таком занятии или, по крайней мере, расположит к нему, то цель этого труда будет достигнута.

Лествица плохо понимается мирянами и даже монахами; для разъяснения ее и написана эта книга.

Черты жизни преподобного Иоанна Лествичника

Путеводитель на небо пришел как бы с неба, потому что на земле никто не указывает места его происхождения. Оно неизвестно было даже современному жизнеописателю, близкому к нему и по месту жительства, и по образу жизни 4 . Занятия, которым Преподобный предавался, и благочестивые чувства, которые он обнаружил, избрав для себя с самых ранних лет жизнь отшельническую, а также прозвание схоластика 5 , которое он получил за свои познания, наконец, его чудная Лествица – все это показывает, что он получил прекрасное воспитание, и при этом – христианское. А это заставляет предполагать, что он имел с самого рождения верное направление ума и происходил от родителей не низкого сословия и благочестивых 6 . Еще в шестнадцать лет св. Иоанн оставил мир и решился, так сказать, похоронить себя в безмолвии пустыни. Для этого он избрал пустыню Синайской горы. Отшельники ее издавна отличались самой суровой жизнью, самым строгим подвижничеством 7 . Однако подвиги их не только не устрашили юного Иоанна, но еще более одушевили его решимость. Рассматривая его жизнь от восшествия на Синай до восшествия на небо, замечаем три явно различные между собой степени его восхождения, сообразные с тремя возрастами духовной жизни: прежде всего он восходил под руководством духовного отца, потом один без постороннего руководства, и, наконец, не только восходил, но и возводил других.

Направив ко Господу путь свой, преподобный Иоанн прежде всего начал искать и нашел себе опытного руководителя в подвигах благочестия в лице некоторого Мартирия, долго шествовавшего путем Божиим и бывшего недалеко от врат неба. Своему наставнику и пестуну о Господе он совершенно и всецело вверил себя, как дитя вверяется своей матери.

Что касается его послушания, его преданности своему духовному отцу Мартирию, то и в этом отношении он явил для нас собою высокий образец. По свидетельству того же жизнеописателя, Иоанн отдал всю свою душу в полное управление своего наставника, вполне подчинился его руководству. Он до такой степени сделался как бы мертвым для своих собственных наклонностей, что, казалось, его душа не имела ни собственного ума, ни собственной воли.

Зато, когда после четырехлетнего искуса св. Иоанн принял невозвратно обет иноческий, прозорливые святые мужи предрекли, что ему суждено стать не только великим подвижником, но и руководителем подвижников. Один весьма благочестивый игумен по имени Стратегий, присутствовавший при самом обряде пострижения преподобного Иоанна, по внушению свыше предсказал, что новопостриженный будет одним из великих светил в мире.

После этих двух предсказаний, последовавших одно за другим, Мартирий, желая, без сомнения, испытать, не откроется ли Дух Божий устами еще одного знаменитого отшельника, Иоанна, прозванного Савваитом 9 , повел св. Иоанна в пустыню Гудде, где пребывал Савваит. Этот великий отшельник умыл Лествичнику ноги прежде, чем его духовному отцу, и даже поцеловал ему руку. Стефан, ученик Иоанна Савваита, удивленный таким предпочтением, попросил у своего старца объяснения. Отшельник ответил, что он принял в этом молодом иноке будущего игумена Синайского.

Девятнадцать лет упражнялся св. Иоанн с удивительным смирением в подвиге послушания, когда Бог призвал к Себе его духовного отца. Тогда он возымел намерение посвятить себя жизни отшельнической (уединенной), к которой приготовил себя долгим трудом преуспеяния в молитве. Но, не доверяя еще своим собственным познаниям, хотя и имел их так много, что мог наставлять других, он предварительно хотел посоветоваться с одним святым старцем, Георгием Арселаитом 10 , который и одобрил его намерение. Тогда святой Иоанн оставил гору и удалился в пустыню, которая находилась в углублении долины и называлась Фола.

Сорок лет подвизался преподобный Иоанн в своем новом убежище, проводя здесь жизнь совершенно ангелоподобную. И кто может изобразить все степени его восхождения, какие полагал он в сердце своем в продолжение этой необыкновенной четыредесятницы лет! Вообще, степени восхождения его в это время суть степени той самой духовной лествицы, которую описал он для нас в творениях своих. Она есть откровение его собственного сокровенного шествия к богоподражательному бесстрастию, которое с ясностью и силою опытности изобразил он на предпоследней степени своей Лествицы.

Точно так же благоразумно поступал он и в отношении к пище: принимал без различия все, что только могли позволить ему его монашеские обеты, но всегда в самом малом количестве и только для поддержания тела.

Такое расположение души изгнало из ума его всякую другую заботу и всякое другое занятие, кроме дел угождения Богу. Кажется, преподобный Иоанн описывает себя самого, – хотя и старается уничижить себя во многих местах своей книги, – когда приписывает анахоретам три частные добродетели, каковы: оставление всех забот о делах мира, постоянная молитва и бдение, делающее сердце недоступным для демонов. Бодрствование святого над малейшими движениями сердца не оставляло никакого доступа к нему духам тьмы. Его ум и сердце, очищенные от всякой привязанности к земле, пользовались полной свободой возноситься к Богу в непрестанной молитве. И велика была сила его всегда горячей, святой молитвы.

От этого дара столь совершенной молитвы происходила в нем та сильная любовь к пустыне и молчанию, которая заставляла его скрываться, насколько было возможно, от глаз людей, и молчать, – при том, что он мог так назидать других, будучи осиян благодатию Духа, обладая глубоким знанием Слова Божия, изучив писания многих Святых Отцев и сочинения подвижнические, будучи знаком даже с сочинениями еретиков, которые прочитывал, чтобы лучше опровергать их Писанием и Преданием Отцов.

В это же, может быть, время из пустынь египетских он проник и в пустыню Скитскую и в монастыри Тавенны, о которых также говорит в своем сочинении 18 , хотя мы не знаем точно, когда он предпринимал эти благочестивые путешествия. Как бы то ни было, за исключением этих путешествий, он никогда не оставлял своей кельи в Фоле. Но Господу было угодно явить миру так долго скрываемое сокровище, открыть светильник, так долго таящийся под спудом, – для того, чтобы поставить его на свещнике.

Бог благоволил сделать его известным нескольким жившим вблизи лицам, которые приходили к нему советоваться в сомнительных случаях. Советы, полученные ими, были столь основательны и спасительны, что во всякое время стали приходить к нему посетители, побуждаемые молвою о нем.

Слава его распространилась и за пределы пустыни Синайской, привлекая к нему мирских людей всех состояний 19 , которые приходили просить у него наставлений в жизни. Замечателен в этом случае один из собственных его рассказов.

Столь обильные плоды добродетелей заслуживали со стороны братий св.Иоанна больше удивления, чем зависти. Но дьявол, желая воспрепятствовать тому добру, которое приносили святые наставления человека Божия внимавшей ему братии, искусил некоторых пустынников злобной завистью, и те имели несчастье поддаться искушению. Вместо того, чтобы самим прибегнуть к столь полезному и назидательному учению, они стали осуждать св. Иоанна как человека, который, будучи пустынником, нарушал законы молчания. Святой, еще более руководимый всегда свойственным ему духом опытности и смирения, не желая раздражать завидовавших, рассудил лучше уступить клеветникам, хотя некоторые братья и должны были лишиться его наставлений. Он объявил посещавшим его, что не хочет более говорить ни с кем, и заключил в своей келье сокровища, которые расточал до сих пор в духе любви. Самому ему любезно было молчание, но лица, доведшие его до молчания своими клеветами, вынуждены были, наконец, сами соединиться с другими братьями, чтобы побудить его снова раскрыть златословесные уста, из которых текли небесные речи. Их поразило смирение св. Иоанна. Сознавшись, что они своей завистью лишили своих собратий многих благ и в отношении к Преподобному поступили несправедливо, они вместе с прочими умоляли угодника Божия не лишать их более своих спасительных наставлений. Блаженный Иоанн, всегда уступавший другим, скоро склонился на их просьбы и с любовью возвратился к своему прежнему образу жизни.

Со времени смерти блаженного старца Мартирия, под начальством которого в продолжение девятнадцати лет упражнялся св. Иоанн в подвигах смиренного послушания, до времени его избрания игуменом прошло уже сорок лет. Если прибавим к этому шестнадцать лет, проведенные св. Иоанном до жизни иноческой, то увидим, что ему было семьдесят пять лет, когда поручили ему управление пустынниками синайскими. В таких преклонных летах новая должность могла быть для него тяжким бременем, но Бог, явивший благодать Своего призвания в день пострижения преподобного Иоанна, благоволил утвердить и избрание его в должности игумена новым знамением, показавшим, как это избрание было Ему угодно.

Тот же жизнеописатель рассказывает еще, что когда в Палестине была сильная засуха, жители этой области во множестве собрались к св. Иоанну и умоляли его выпросить им у Бога обильный дождь, в котором они имели нужду. Преподобный Иоанн помолился, и Бог внял ему, оправдав слова царственного Пророка, что Он исполняет волю боящихся Его и служащих ему и внемлет мольбам их 23 .

Преподобный Иоанн, поставленный руководителем других, начал путь нового восхождения к Богу и еще большего приближения к небу. По словам преждеупомянутого Даниила, он, взойдя на гору Синай, подобно Моисею, проник в неприступное облако посредством духовного созерцания, возвысился к Богу и получил Божественный закон, т.е. правила поведения, которые должен был соблюдать, отверз свои уста для принятия слов истины и жизни, привлек к себе Дух ( Пс. 108, 31 ) и, наполнившись света благодати, извлек из богатой сокровищницы сердца своего те драгоценные богатства учения, которые расточал на души с обилием и чудным помазанием 24 .

Среди писем св. Григория Двоеслова есть одно, адресованное Иоанну, игумену Синайскому. Этот игумен Иоанн, конечно, не кто иной, как сам Лествичник. В своем письме великий папа, сохранявший в своем высоком сане глубокое смирение, поручает себя молитвам св. Иоанна, указывая на то, что иноки, имеющие счастье жить в уединении, должны молиться за тех, которые, подобно ему, принуждены выдерживать мирскую стихию. В то же время св. Григорий указывает на три главные добродетели начальника, желая преподобному Иоанну, чтобы Господь послал ему благодать привлечь своими молитвами благословение неба на вверенное ему словесное стадо, воодушевить это стадо к добродетели своими словами и напоминаниями и подать ему пример истинной святости собственной жизнью.

Свидетельством того, что св. Иоанн стяжал, кроме других, и эти названные св.Григорием добродетели, является его назидательное для всех христиан сочинение.

Господу угодно было, чтобы воды богомудрого учения преподобного Иоанна напояли не одну пустыню Синайскую, но проникли и в пустыню Раифскую, а потом оросили и всю Церковь, – проводником их была Лествица.

В то время Раифским монастырем управлял великий подвижник тоже по имени Иоанн, как и преподобный Лествичник. Понятие, какое имел этот Раифский игумен о дарованиях св. Лествичника и его глубокой мудрости в деле управления душ, побудило его обратиться к св.Иоанну. Как от собственного имени, так и от имени всех иноков, Раифский игумен просил Преподобного написать о том, что Дух Святой внушит ему о подвижнической жизни, и поделиться с другими приобретенной им духовной опытностью.

Блаженный Иоанн имел столь скромное понятие о самом себе, что это письмо смутило его. И если он решился, наконец, исполнить это желание и просьбу, то единственно по духу послушания, которое заставляло его смотреть на игумена Раифского, как на своего начальника в духовной жизни и подвигах иноческих, и покоряться его желаниям как приказаниям старшего.

Вслед за тем появилось это прекрасное творение, которое скоро сделало св.Лествичника знаменитым сначала среди греков, а потом и во всей Христианской Церкви.

Лествица преподобного Иоанна Лествичника

Лествица написана преподобным Иоанном Лествичником, как мы видели в жизнеописании его, по просьбе преподобного Иоанна Раифского – изложить главные обязанности монашеского звания, дать руководство инокам, по которому бы они могли благоустроить свою жизнь, шествуя благонадежнейшим путем к высшему совершенству. В своей книге преподобный Иоанн Лествичник, действительно, изложил все полезное инокам, раскрыл все главнейшие подвиги, какие они должны пройти и совершить.

Порядок, в каком представлен круг иноческих обязанностей в Лествице, имеет глубокое значение. В духовной жизни очень важно знать, с чего начать и как повести дело своего исправления и спасения. От незнания этого часто оказываются бесплодными многочисленные и тяжкие труды и подвиги. Преподобный Лествичник и по своему опыту, и по опыту других вполне сознавал это, и в своей книге не раз выражал мысль о великой важности для подвижников соблюдения правильной и строгой постепенности в совершении подвигов.

Поэтому, согласившись, по настоянию преподобного Иоанна Раифского, быть руководителем иноков, святой муж не довольствовался тем, чтобы дать им только сухой перечень обязанностей их звания, но желал указать и наилучший благонадежнейший порядок совершения подвигов, желал показать, в какое время лучше и полезнее преимущественное упражнение в той или другой добродетели, преимущественная усиленная борьба с тем или другим пороком. Для этого в своей книге он старался располагать и соединять подвиги, которые должен пройти инок, по связи их между собою не столько логической, сколько практической, основанной на накопленным им и другими синайскими подвижниками опыте духовной жизни.

Не станем доказывать, будто порядок жизни духовной, предначертанный преподобным Иоанном, безусловно точен, строг и неизменен. Но смело можем утверждать, что Лествица преподобного Иоанна представляет благонадежнейшее руководство к достижению высшего христианского совершенства. За достоинство ее, за верность, прямоту и безопасность показываемого ею пути нравственного преуспеяния ручаются опыты многочисленных подвижников синайских и собственный глубокий духовный опыт самого св.Иоанна. Такому ручательству смело можно довериться.

Не отвергаем того, что естественная предрасположенность человека, обстоятельства жизни, виды и намерения Промысла Божия, время и место подвига – все это может давать благочестивому стремлению подвижника различное направление и производить в подвигах различные перемены. Жизнь духовная в частностях может разнообразиться почти до бесконечности. Но, однако, у всех есть нечто общее в ходе духовной жизни точно так же, как и телесной.

Поэтому и Лествица св. Иоанна может и мирянину, ищущему своего спасения, оказать действенное и важное пособие. Эта мысль принадлежит не нам, а Святой Церкви. Не напрасно она в святые дни говения, когда христиане наиболее расположены заниматься делом своего спасения, предлагает в руководство всем без различия Лествицу. Внимательное изучение такого общеназидательного отеческого писания может быть в высшей степени поучительно для всякого мыслящего и благочестивого христианина.

Весь труд христианского подвижничества состоит в том, чтобы, как говорит апостол Павел, отложить нам прежний образ жизни ветхого человека, а обновиться духом ума вашего и облечься в нового человека, созданного по Богу, в праведности и святости истины ( Еф. 4, 22–24 ). В этом заключается основа Лествицы преподобного Иоанна, основа и ее существенного содержания, и ее общего разделения. Все ее степени – это не что иное, как частные подвиги, посредством которых осуществляются указанные апостолом дела подвижничества или же совершается необходимое приготовление к наилучшему их выполнению.

Что касается распределения этих частных подвигов и степеней, то и здесь нельзя не заметить, что Лествица построена в соответствии с приведенными словами апостола. Действительно, за исключением нескольких приготовительных степеней, в Лествице ясно видны две главные части, из которых первая заключает в себе подвиги или степени очищения гнездящихся в ветхом человеке пороков и страстей, вторая – подвиги преуспеяния в духовной жизни, которыми восстанавливается в душе человека образ и подобие Божие.

Чтение ее положено в церкви на утренях и часах в простые дни святой Четыредесятницы. См. Устав церковный в главе о святой Четыредесятнице.

Памяти его посвящено четвертое воскресение святой Четыредесятницы.

В Четьи-Минеи в конце жития Преподобного (30 Марта) говорится, что некоторые признают Иоанна сыном преподобного Ксенофонта и братом Георгия Арселаита. Догадка эта не объясняет происхождения преподобного Иоанна. Он не мог быть родным братом Георгия Арселаитского, которого сам называет святым старцем, наставлявшим его на пустынное житие и учившим его безмолвию (Лествица). Между тем известно, что Георгий был младшим братом св. Иоанна и находился у него в послушании.

Схоластиками в древности назывались риторы, законоведы или вообще люди ученые.

Время рождения Преподобного, также как и другие обстоятельства его происхождения, неизвестно. Думают однако же, что он родился около 525 года, в царствование Юстина I.

Историк Прокопий, говоря об этих святых иноках по поводу одной церкви, построенной для них Императором Юстинианом во имя Пресвятой Богородицы, отзывается о них с большой похвалой. В стране, которая прежде называлась Аравией, а теперь называется Третьей Палестиной, говорит он, есть обширная пустыня, безводная и лишенная плодоносных растений. В этой пустыне, недалеко от Чермного моря, одиноко возвышается гора по имени Синай, на которую очень трудно восходить. На ней живут пустынники, которые проводят жизнь свою в суровых трудах, подвигах покаяния и непрестанном памятовании смерти. Более всего заботятся они о снискании духа совершенной нестяжательности, об умерщвлении тела и об удалении от себя привязанности ко всему тленному и преходящему. На горе Синай беспрепятственно наслаждаются они глубоким уединением, которым дорожат более всего в мире. Император Юстиниан, не находя, что бы сделать для них, потому что они ничего не желали, более всего заботясь о снискании духа совершенной нестяжательности, об умерщвлении тела и об удалении от себя привязанности ко всему тленному и преходящему, построил для них храм во имя Пресвятой Богородицы, чтобы они возносили в нем свои молитвы и совершали Таинства.


Содержание

История создания

Димитрий Ростовский так характеризует сочинение Иоанна:

— Димитрий Ростовский. Жития святых (30 марта)

Преподобный отец премудро рассудил, устроивши для нас восхождение, равночисленное возрасту Господнему по плоти; ибо в возрасте тридцати лет Господнего совершеннолетия гадательно изобразил лествицу, состоящую из тридцати степеней духовного совершенства, по которой достигши полноты возраста Господня, мы явимся поистине праведными и непреклоняемыми к падению.

Иконография



Изображение Лествицы Иоанна часто встречается на иконах, в книгах, на нравоучительных лубках и т. д. Изображается лестница от земли к небу, по которой взбираются люди в монашеском одеянии. Некоторых монахов бесы сталкивают с лестницы и сбрасывают в ад (условно обозначенный разломом в скале). Преодолевших подъём принимают Христос и ангелы.

Иллюминированные рукописи Лествицы, наглядно представляющие идеалы монашеской аскетики, появляются во второй половине XI века. Некоторые содержат развернутый цикл иллюстраций различных ступеней покаяния и аскезы, но изначально в греческих рукописях было лишь выполненное чернилами изображение лестницы с 30-ю ступенями, увенчанной крестом. [5]

Читайте также: