Онегин обыкновенный пустой светский человек дюжинная натура сочинение

Обновлено: 21.07.2024

По мнению автора, именно эпоха сформировала характер Евгения. Что же происходило в это время в Российской империи? Не так давно произошло восстание декабристов. Император Николай I ввел ряд суровых мер, которые были направлены на пресечение вольнодумия. Николаевская эпоха — как эпоха предписаний, военной муштры, строгой дисциплины и жесткой цензуры.

Характеристика Онегина. Онегин — страдающий эгоист

Большая часть публики совершенно отрицала в Онегине душу и сердце, видела в нем человека холодного, сухого и эгоиста по натуре. Нельзя ошибочнее и кривее понять человека! Этого мало: многие добродушно верили и верят, что сам поэт хотел изобразить Онегина холодным эгоистом. Это уже значит — имея глаза, ничего не видеть. Светская жизнь не убила в Онегине чувства, а только охолодила к бесплодным страстям и мелочным развлечениям. Вспомните строфы, в которых поэт описывает свое знакомство с Онегиным.

В которых отразился век, И современный человек Изображен довольно верно С его безнравственной душой, Себялюбивой и сухой, Мечтанью преданной безмерно, С его озлобленным умом, Кипящим в действии пустом.

Связь с Ленским — этим юным мечтателем, который так понравился нашей публике, всего громче говорит против мнимого бездушия Онегина.

Что-нибудь делать можно только в обществе, на основании общественных потребностей, указываемых самою действительностью, а не теориею; но что бы стал делать Онегин в сообществе с такими прекрасными соседами, в кругу таких милых ближних? Облегчить участь мужика, конечно, много значило для мужика, но со стороны Онегина тут еще немного было сделано. Есть люди, которым если удастся что-нибудь сделать порядочное, они с самодовольствием рассказывают об этом всему миру и таким образом бывают приятно заняты на целую жизнь. Онегин был не из таких людей: важное и великое для многих, для него было не бог знает чем.

Почему Евгений Онегин — эгоист поневоле?

Для начала вспомним каким предстал перед читателями Евгений в самых первых главах произведения. Молодой столичный франт, у которого есть все, чего можно пожелать, кроме самого главного — цель существования, мотивация к жизни и созданию нового. Евгений умирает от скуки на светских вечерах, он пресыщен романами с молоденькими дамами, все для него старо, пошло и не интересно. Отъезд в деревню молодой человек воспринимает с надеждой — вдруг там найдется нечто такое, что сможет разбудить его дремлющий в апатии разум?

Но и тут героя ждет разочарование: неспособный к упорной работе и тяжелому труду он быстро возвращается в свое привычное состояние. К тому же люди вокруг него оказываются не так умны и воспитаны, как сам Онегин, получивший современное образование. Юноше непонятны местные традиции, разговоры, привычки, они отталкивают его, способствуя созданию образа чудака и одиночки среди его новых соседей. Лишь Ленский удостоился внимания Евгения, но и с ним Онегин испытывает скуку. Татьяну же герой хоть и понимает, но оказывается не готов и не способен принять девушку и ее чувства.

Онегин оказывается одиноким в любой компании, в любом обществе. Никто не способен понять его, считает Онегин, так как сам не понимает себя. Как же ему, неприученному задавать вопросы самому себе, искать истину и работать над собой, понять окружающих, впустить их в свою жизнь? Пусть Ленский и считал его другом, но он так же, как и остальные, не был заинтересован совершать путешествие по закоулкам души Онегина, поэт увлечен собой и своей любовью к Ольге. Так, отверженный социумом, Онегин и сам отвергает, критикует и разрушает, не способный создавать и любить.

Общество способствовало становлению Онегина как эгоиста, считает В.Г. Белинский. Будучи непонятым и отверженным из-за глубины своей страстной натуры и острого холодного ума, Евгений был словно отделен от окружающих невидимой стеной. Его манеры принимали за наигранность и злую иронию, но они были лишь порождением его ума и проницательного характера. Будучи эгоистом по своей природе, Онегин невольно стал заложником самого себя и своего окружения, ведь вести себя иначе он не просто не хотел, а не мог и не был научен.

Невозможно не согласиться с критиком: Евгений Онегин — эгоист не только по своей воле, он сам страдает от себя так же, как и окружающие его люди, но что делать с этим герой не знает. Даже вспыхнувшая любовь к Татьяне основана на страсти, в ее основе — разрушающее, сжигающее чувство. Иначе Онегин любить не может, ведь с ранних лет он учился флиртовать, кокетничать и завлекать, он сам признается, что замужество и стабильные теплые отношения не для него. В эгоизме заключается одна из основных его проблем, он — причина многих поступков и решений, которые повлияли не только на судьбу героя, но и на развития сюжета произведения в целом.

Благородный ум Евгения и Эгоизм Онегина

Эгоизм Онегина проявляется и, когда, желая отомстить Ленскому за то, что тот уговорил его приехать на провинциальный пир, он начинает ухаживать за его невестой. Евгений не сознает, что тем самым он причиняет страдания и ни в чем не повинной Татьяне. Он пассивно и равнодушно относится ко всему, кроме собственного спокойствия.

Образ музы неоднократно предстает на страницах литературное произведениеа, причем в разные периоды жизни муза является поэту по-разному, олицетворяя его душевное состояние и уровень творческой зрелости. Муза — покровительница поэзии, источник поэтического вдохновения, воплощение художественного своеобразия автор произведенияа. Она изменчива, капризна, обаятельна, как ветреная женщина, но ее непостоянство оправдано творческим и человеческим развитием поэта, оно глубоко логично и последовательно. Многоликость вдохновительницы поэтического творчества А. С. Пушкина естественна и гармонична, ведь она — олицетворение этапов духовного созревания поэта, непрерывного, питающегося жизненным и творческим опытом, общением с современниками, размышлениями о предназначении поэзии, обстоятельствами историческими и личными. Муза позволяет глубже раскрыть образ автор произведенияа, и ее глазами читатель отчетливее видит суть многих жизненных событий.

Моя студенческая келья

Вдруг озарилась: муза в ней

Открыла пир младых затей,

Воспела детские веселья,

И славу нашей старины,

И сердца трепетные сны.

Пушкин определяет источник поэтического вдохновения, жизненные ценности своего отрочества, ставшие предметом творчества: детские игры, забавы, мальчишеские мечтания, гордость отечественной историей. И с гордостью и благодарностью вспоминает первые признания своих поэтических опытов, первый выход в свет своей музы, ее приветливую, доброжелательную встречу с русским обществом:

Мы уже коснулись содержания "Онегина"; обратимся к разбору характеров действующих лиц этого романа. Несмотря на то, что роман носит на себе имя своего героя, — в романе не один, а два героя: Онегин и Татьяна. В обоих их должно видеть представителей обоих полов русского общества в ту эпоху. Обратимся к первому. Поэт очень хорошо сделал, выбрав себе героя из высшего круга общества. Онегин — отнюдь не вельможа (уже и потому, что временем вельможества был только век Екатерины II); Онегин — светский человек. Говорят: в свете жизнь тратится на мелочи, самые святые чувства приносятся в жертву расчету и приличиям. Правда; но разве в среднем кругу общества жизнь тратится только на одно великое, а чувство и разум не приносятся в жертву расчету и приличию? О, нет, тысячу раз нет! Вся разница среднего света от высшего состоит в том, что в первом больше мелочности, претензий, чванства, ломания, мелкого честолюбия, принужденности и лицемерства. Говорят: в светской жизни много дурных сторон. Правда; а разве в несветской жизни — одни только хорошие стороны?

Большая часть публики совершенно отрицала в Онегине душу и сердце, видела в нем человека холодного, сухого и эгоиста по натуре. Нельзя ошибочнее и кривее понять человека! Этого мало: многие добродушно верили и верят, что сам поэт хотел изобразить Онегина холодным эгоистом. Это уже значит — имея глаза, ничего не видеть. Светская жизнь не убила в Онегине чувства, а только охолодила к бесплодным страстям и мелочным развлечениям. Вспомните строфы, в которых поэт описывает свое знакомство с Онегиным.

Скажут: это портрет Онегина. Пожалуй, и так; но это еще более говорит в пользу нравственного превосходства Онегина, потому что он узнал в портрете, который, как две капли воды, похож на столь многих, но в котором узнают себя столь немногие, а большая часть "украдкою кивает на Петра" 4 . Онегин не любовался самолюбиво этим портретом, но глухо страдал от его поразительного сходства с детьми нынешнего века. Не натуpa, не страсти, не заблуждения личные сделали Онегина похожим на этот портрет, а век.

Связь с Ленским — этим юным мечтателем, который так понравился нашей публике, всего громче говорит против мнимого бездушия Онегина.

Онегин — не Мельмот 5 , не Чайльд-Гарольд, не демон, не пародия, не модная причуда, не гений, не великий человек, а просто — "добрый малой, как вы да я, как целый свет". Поэт справедливо называет "обветшалою модою" везде находить или везде искать всё гениев, да необыкновенных людей. Повторяем: Онегин — добрый малой, но при этом недюжинный человек. Он не годится в гении, не лезет в великие люди, но бездеятельность и пошлость жизни душат его; он даже не знает, чего ему надо, чего ему хочется; но он знает и очень хорошо знает, что ему не надо, что ему не хочется того, чем так довольна, так счастлива самолюбивая посредственность. И за то-то эта самолюбивая посредственность не только провозгласила его "безнравственным", но и отняла у него страсть сердца, теплоту души, доступность всему доброму и прекрасному. Вспомните, как воспитан Онегин, и согласитесь, что натура его была слишком хороша, если ее не убило совсем такое воспитание. Блестящий юноша, он был увлечен светом, подобно многим; но скоро наскучил им и оставил его, как это делают слишком немногие. В душе его тлелась искра надежды — воскреснуть и освежиться в тиши уединения, на лоне природы; но он скоро увидел, что перемена мест не изменяет сущности некоторых неотразимых и не от нашей воли зависящих обстоятельств.

Мы доказали, что Онегин не холодный, не сухой, не бездушный человек, но мы до сих пор избегали слова эгоист, — и так как избыток чувства, потребность изящного не исключают эгоизма, то мы скажем теперь, что Онегин — страдающий эгоист. Эгоисты бывают двух родов. Эгоисты первого разряда — люди без всяких заносчивых или мечтательных притязаний; они не понимают, как может человек любить кого-нибудь, кроме самого себя, и потому они нисколько не стараются скрывать своей пламенной любви к собственным их особам; если их дела идут плохо, они худощавы, бледны, злы, низки, подлы, предатели, клеветники; если их дела идут хорошо, они толсты, жирны, румяны, веселы, добры, выгодами делиться ни с кем не станут, но угощать готовы не только полезных, даже и вовсе бесполезных им людей. Это эгоисты по натуре или по причине дурного воспитания. Эгоисты второго разряда почти никогда не бывают толсты и румяны; по большей части это народ больной и всегда скучающий. Бросаясь всюду, везде ища то счастия, то рассеяния, они нигде не находят ни того, ни другого с той минуты, как обольщения юности оставляют их. Эти люди часто доходят до страсти к добрым действиям, до самоотвержения в пользу ближних; но беда в том, что они и в добре хотят искать то счастия, то развлечения, тогда как в добре следовало бы им искать только добра. Если подобные люди живут в обществе, представляющем полную возможность для каждого из его членов стремиться своею деятельностию к осуществлению идеала истины и блага, — о них без запинки можно сказать, что суетность и мелкое самолюбие, заглушив в них добрые элементы, сделали их эгоистами. Но наш Онегин не принадлежит ни к тому, ни к другому разряду эгоистов. Его можно назвать эгоистом поневоле; в его эгоизме должно видеть то, что древние называли "fatum" 6 . Благая, благотворная, полезная деятельность! Зачем не предался ей Онегин? Зачем не искал он в ней своего удовлетворения? Зачем? зачем? — Затем, милостивые государи, что пустым людям легче спрашивать, нежели дельным отвечать.

Что-нибудь делать можно только в обществе, на основании общественных потребностей, указываемых самою действительностью, а не теориею; но что бы стал делать Онегин в сообществе с такими прекрасными соседами, в кругу таких милых ближних? Облегчить участь мужика, конечно, много значило для мужика, но со стороны Онегина тут еще немного было сделано. Есть люди, которым если удастся что-нибудь сделать порядочное, они с самодовольствием рассказывают об этом всему миру и таким образом бывают приятно заняты на целую жизнь. Онегин был не из таких людей: важное и великое для многих, для него было не бог знает чем.

Начиная анализ характера заглавного героя романа, Белинский много размышляет о сущности светской жизни, ведь Онегин – представитель высшего света.

Критик говорит о различии между светскостью и аристократизмом и подчеркивает, что высший свет – вовсе не сосредоточие порока и лицемерия, как считают иные сочинители, которые в высшем свете никогда не были.


Вследствие этого, пишет он, Онегин, являющийся представителем светского круга, и был безоговорочно принят современниками за безнравственного человека.

Но нельзя утверждать, что Онегин ничего не чувствовал. Напротив, светский образ жизни убил в нем лучшие проявления чувств, но вовсе не уничтожил сами чувства. По мысли критика, Евгений от всей души ненавидел и презирал высший свет, это общество, в котором внешний лоск и лживость заменила все человеческие качества. Ненависть и презрение привели к тому, что ум Онегина озлобился. Автор был уверен, что этот герой – особенный человек.

– так утверждал критик.

В качестве доказательства Белинский приводит небольшую цитату из 7 главы романа, в которой описан кабинет героя. Особенно поражает критика наличие в нем нескольких романов,

Следовательно, делает вывод критик, Онегин –самый обычный человек,

но при этом человек, обладающий недюжинным умом и способностями.

К сожалению, светское воспитание загубило все ростки того доброго, что было в его характере. Увлекшись высшим светом, Евгений быстро охладел к развлечениям и праздной жизни, он желал чего-то большего, но не знал сам, что ему надо. Чего ему не надо, он знал превосходно – это продолжать вести тот образ жизни, который буквально убивает его.

Онегин – страдающий эгоист

По Белинскому, существует два вида эгоистов:

характер которых сформировали суетность и самолюбие.

Характер Онегина

– пишет критик. Наблюдательность – еще одно качество личности – характеризует Евгения как человека с огромными способностями.

– объясняет Белинский и говорит, что, раз влюбился, значит, возможно. В данном случае важен другой вопрос: что такое любовь для Онегина. Автор пишет, что герой поступил ни нравственно, ни безнравственно в обоих случаях – отвергнув Татьяну-девушку и влюбившись в Татьяну-женщину. Для него любовь – такое же всепоглощающее чувство, как для любого живущего на земле человека. Но герой остается самим собой в обоих случаях. И это, по мнению критика, служит достаточным основанием для его оправдания.

Однако после смерти Ленского жизнь Онегина круто изменилась. Он, как пишет Белинский,

Но Пушкин дает своему герою шанс воскреснуть. Встретив на балу Татьяну, Евгений переменился, и

Но каким станет его герой, Пушкин не дал ответа.

Онегин – русский характер

Главная беда Онегина – отрыв от жизни. Он умен, наблюдателен, нелицемерен, обладает огромными задатками. Но вся его жизнь – страдание. И на это страдание обрекло его само общество, само устройство жизни. Евгений– один из многих, типичный представитель своего общества, своего времени. Подобный ему герой – Печорин – поставлен в такие же условия.

Белинский пишет, что в своей сути Онегин и Печорин – одно и то же лицо, но выбравшее каждое в своем случае различный путь. Онегин выбрал путь апатии, а Печорин – путь действия. Но в итоге и то, и то приводит к страданию. Это подлинный fatum, довлеющий над целым поколением.

Пушкин охарактеризовал родство этого рода в том виде, как оно существует у многих, как оно есть в самом деле, следовательно, справедливо и истинно, - и на него осердились, его назвали безнравственным; стало быть, если бы он описал родство между некоторыми людьми таким, каким оно не существует, т.-е. неверно и ложно, - его похвалили бы. Все это значит ни больше, ни меньше, как то, что нравственна одна ложь и неправда. Вот к чему ведет добродушное и добросовестное лицемерство! Нет, Пушкин поступил нравственно, первый сказав истину, потому что нужна благородная смелость, чтоб первому решиться сказать истину. И сколько таких истин сказано в Онегине! Многие из них теперь и не новы и даже не очень глубоки; но если бы Пушкин не сказал их лет назад, они теперь были бы и новы и глубоки. И потому велика заслуга Пушкина, что он первый высказал эти устаревшие и уже неглубокие теперь истины. Он бы мог насказать истин более-безусловных и более-глубоких, но в таком случае его произведение было бы лишено истинности: рисуя русскую жизнь, оно не было бы её выражением. Гений никогда не упреждает своего времени, но всегда только угадывает его не для всех видимое содержание и смысл.

Большая часть публики совершенно отрицала в Онегине душу и сердце, видела в нем человека холодного, сухого и эгоиста по натуре. Нельзя ошибочнее и кривее понять человека. Этого мало: многие добродушно верили и верят, что сам поэт хотел изобразить Онегина холодным эгоистом. Это уже значит - имея глаза, ничего не видеть. Светская жизнь не убила в Онегине чувства, а только охолодила к бесплодным страстям и мелочным развлечениям. Вспомните строфы, в которых поэт описывает свое знакомство с Онегиным:

Условий света свергнув бремя,
Как он, отстав от суеты,
С ним подружился я в то время.
Мне нравились его черты.
Мечтам невольная преданность,
Неподражательная странность
И резкий, охлажденный ум.
Я был озлоблен, он угрюм,
Страстей игру мы знали оба:
Томила жизнь обоих нас;
В обоих сердца жар погас;
Обоих ожидала злоба
Слепой фортуны и людей
На самом утре наших дней.
Кто жил и мыслил, тот не может
В душе не презирать людей;
Кто чувствовал, того тревожит
Призрак невозвратимых дней:
Тому уж нет очарований,
Того змея воспоминаний,
Того раскаянье грызет.
Все это часто придает
Большую прелесть разговору.
Сперва Онегина язык
Меня смущал; но я привык !
К его язвительному спору,
И к шутке с желчью пополам,
И к злости мрачных эпиграмм.
Как часто летнею порою,
Когда прозрачно и светло
Ночное небо над Невою,
И вод веселое стекло
Не отражает лик Дианы,
Воспомня прежних лет романы
Воспомня прежнюю любовь,
Чувствительны, беспечны вновь,
Дыханьем ночи благосклонной
Безмолвно упивались мы!
Как в лес зеленый из тюрьмы
Переносен колодник сонной,
Так уноспллсь мы мечтой
К началу жизни молодой.

В которых отразился век
И современный человек
Изображен довольно верно
С его безнравственной душой,
Себялюбивой и сухой,
Мечтанью преданный безмерно,
С его озлобленным умом,
Кипящим в действии пустом.

Скажут: это портрет Онегина. Пожалуй, и так; но это ещё более говорит в пользу нравственного превосходства Онегина, потому что он узнал себя в портрете, который, как две капли воды, похож на столь многих, но в котором узнают себя столь немногие, а большая часть "украдкою кивает на Петра". Онегин не любовался самолюбиво этим портретом, но глухо страдал от его поразительного сходства с детьми нынешнего века. Не натура, не страсти, не заблуждения личные сделали Онегина похожим на этот портрет, а век.

Связь с Ленским - этим юным мечтателем, который так понравился нашей публике, всего громче говорит против мнимого бездушия Онегина. Онегин презирал людей.

Но правил нет без исключений:
Иных он очень отличал,
И вчуже чувство уважал.
Он слушал Ленского с улыбкой:
Поэта пылкий разговор,
И ум, ещё в суждениях зыбкий,
И вечно вдохновенный взор, -
Онегину все было ново;
Он охладительное слово
В устах старался удержать,
И думал: глупо мне мешать
Его минутному блаженству;
И без меня пора придет,
Пускай покамест он живет
Да верит мира совершенству;
Простим горячке юных лет
И юный жар, и юный бред.
Меж ними все рождало споры
И к размышлению влекло
Племен минувших договоры,
Плоды наук, добро и зло,
И предрассудки вековые,
И гроба тайны роковые,
Судьба и жизнь, в свою чреду,
Все подвергалось их суду.

Дело говорит само за себя: гордая холодность и сухость, надменное бездушие Онегина, как человека, произошли от грубой неспособности многих читателей понять так верно созданный поэтом характер. Но мы не остановимся на этом и исчерпаем весь вопрос.

Чудак печальный и опасный,
Созданье ада иль небес,
Сей ангел, сей надменный бес,
Что ж он? - Ужели подражанье,
Ничтожный призрак, иль ещё
Москвич в Гарольдовом плаще;
Чужих причуд истолкование.
Слов модных полный лексикон.
Уж не пародия ли он.
Все тот же ль он, иль усмирился?
Иль корчит так же чудака?
Скажите, чем он возвратился?
Что нам представит он пока?
Чем ныне явится?
Мель мотом, Космополитом, патриотом,
Гарольдом, квакером, ханжой,
Иль маской щегольнет иной?
Иль просто будет добрый малый,
Как вы да я, как целый свет?
По крайней мере мой совет:
Отстать от моды обветшалой
Довольно он морочил свет.,
- Знаком он вам? - "Я да, и нет.
- Зачем же так неблагосклонно
Вы отзываетесь о нем?
За то ль, что мы неугомонно
Хлопочем, судим обо всем.
Что пылких душ неосторожность
Самолюбивую ничтожность
Иль оскорбляет, иль смешит;
Что ум, любя простор, теснит;
Что слишком часто разговоры
Принять мы рады за дела,
Что глупость ветрена и зла.
Что важным людям важны вздоры,
И что посредственность одна
Нам по плечу и не странна?
Блажен, кто смолоду был молод,
Блажен, кто во-время созрел,
Кто постепенно жизни холод
С летами вытерпеть умел
Кто странным снам не предавался;
Кто черни светской не чуждался;
Кто в двадцать лет был франт аль хват,
А в тридцать выгодно женат;
Кто в пятьдесят освободился
От частных и других долгов;
Кто славы, денег и чинов
Спокойно в очередь добился;
О ком; твердили целый век:
N. N. прекрасный человек.
Но грустно думать, что напрасно
Была нам молодость дана,
Что изменяли ей всечасно,
Что обманула нас она;
Что наши лучшие желанья,
Что наши свежие мечтанья
Истлели быстрой чередой,
Как листья осенью гнилой.
Несносно видеть пред собою
Одних обедов длинный ряд,
Глядеть на жизнь, как на обряд,
И вслед за чинною толпою
Идти, не разделяя с ней
Ни общих мнений, ни страстей.

Эти стихи - ключ к тайне характера Онегина. Онегин - не Мельмот, не Чайльд-Гарольд, не демон, не пародия, не модная причуда, не гений, не великий человек, а просто "добрый малый, как вы да я, как целый свет". Поэт справедливо называет "обветшалою модою" везде находить или везде искать всё гениев да необыкновенных людей. Повторяем: Онегин - добрый малый, но, при этом, недюжинный человек. Он не годится в гении, не лезет в великие люди, но бездеятельность и пошлость жизни душат его; он даже не знает, чего ему надо, чего ему хочется; но он знает, и очень хорошо знает, что ему не надо, что ему не хочется того, чем так довольна, так счастлива самолюбивая посредственность. И зато-то эта самолюбивая посредственность не только провозгласила его "безнравственным", но и отняла у него страсть сердца, теплоту души, доступность всему доброму и прекрасному. Вспомните, как воспитан Онегин, и согласитесь, что натура его была слишком-хороша, если её не убило совсем такое воспитание. Блестящий юноша, он был увлечен светом, подобно многим; он скоро наскучил им и оставил его, как это делают слишком немногие. В душе его тлелась искра надежды - воскреснуть и освежиться в тиши уединения, на лоне природы; но он скоро увидел, что перемена мест не изменяет сущности некоторых неотразимых и не от нашей воли зависящих обстоятельств.

Два дня ему казались новы
Уединенные поля,
Прохлада сумрачной дубровы,
Журчанье тихого ручья;
На третий - рощи, холм н поле
Его не занимали боле,
Потом уж наводили сон;
Потом увидел ясно он,
Что и в деревне скука та же,
Хоть нет ни улиц, ни дворцов,
Ни карт, ни балов, ни стихов.
Хандра ждала его на страже,
И бегала за ним она,
Как тень иль верная жена.

Мы напишем - Кто такой Евгений Онегин в одноименном романе Пушкина. Подсказки школьнику

Большая часть публики совершенно отрицала в Онегине душу и сердце, видела в нем человека холодного, сухого и эгоиста по натуре. Нельзя ошибочнее и кривее понять человека! Этого мало: многие добродушно верили и верят, что сам поэт хотел изобразить Онегина холодным эгоистом. Это уже значит: имея глаза, ничего не видеть.

Светская жизнь не убила в Онегине чувства, а только охолодила к бесплодным страстям и мелочным развлечениям. Онегин не был ни холоден, ни сух, ни черств… в душе его жила поэзия и… вообще он был не из числа обыкновенных, дюжинных людей. Невольная преданность мечтам, чувствительность и беспечность при созерцании красот природы и при воспоминании о романах и о любви прежних лет: все это говорит больше о чувстве и поэзии, нежели о холодности и сухости.

Дело в том, что Онегин не любил расплываться в мечтах, больше чувствовал, нежели говорил, и не всякому открывался…

Повторяем: Онегин добрый малый, но при этом недюжинный человек. Он негодится в гении, не лезет в великие люди, но бездеятельность и пошлость жизни душат его; он даже не знает, чего ему надо, чего ему хочется; но он знает, и очень хорошо знает, что ему не надо, что ему не хочется того, чем так довольна, так счастлива самолюбивая посредственность. Вспомните, как воспитан Онегин, и согласитесь, что натура его была слишком хороша, если ее не убило совсем такое воспитание. Блестящий юноша, он был увлечен светом, подобно многим; но скоро наскучил им и оставил его, как это делают слишком немногие.

В душе его тлелась искра надежды воскреснуть и освежиться в тиши уединения, на лоне природы; но он скоро увидел, что перемена мест не изменяет сущности неотразимых и не от нашей воли зависящих обстоятельств.

Онегин страдающий эгоист. Его можно назвать эгоистом поневоле… Благая, благотворная, полезная деятельность. Зачем не предался ей Онегин?

Зачем не искал он в ней своего удовлетворения? Зачем, зачем? Затем, милостивые государи, что пустым людям легче спрашивать, нежели дельным отвечать. Что-нибудь делать можно только в обществе, на основании общественных потребностей, указываемых самою действительностью, а не теориею; но что бы стал делать Онегин в сообществе с такими прекрасными соседями, в кругу таких милых ближних?

Случай свел Онегина с Ленским: через Ленского Онегин познакомился с семейством Лариных. Возвращаясь от них домой после первого визита, Онегин зевает; из его разговора с Ленским мы узнаем, что он Татьяну принял за невесту своего приятеля и, узнав об ошибке, удивляется его выбору, говоря, что если бы он сам был поэтом, то выбрал бы Татьяну. Этому равнодушному, охлажденному человеку стоило одного или двух невнимательных взглядов, чтобы понять разницу между обеими сестрами…

Онегин был так умен, тонок и опытен, так хорошо понимал людей и их сердце, что не мог не понять из письма Татьяны, что эта бедная девушка одарена страстным сердцем, алчущим роковой пищи, что ее душа младенчески чиста, что ее страсть детски простодушна и что она нисколько не похожа на тех кокеток, которые так надоели ему с их чувствами, то легкими, то поддельными. Он был живо тронут письмом Татьяны:

Язык девических мечтаний В нем думы роем возмутил, И вспомнил он Татьяны милой И бледный цвет, и вид унылый; И в сладостный, безгрешный сон Душою погрузился он. Быть может, чувствий пыл старинный Им на минуту овладел; Но обмануть он не хотел Доверчивость души невинной.

Эта любовь не много представляла ему обольстительного. Как! Он, перегоревший в страстях, изведавший жизнь и людей, еще кипевший какими-то самому ему неясными стремлениями. .. увлекся бы младенческой любовью девочки-мечтательницы, которая смотрела на жизнь так, как он уже не мог смотреть… И что же сулила бы ему в будущем эта любовь? . .

Разлученный с Татьяной смертью Ленского, Онегин лишился всего, что хотя бы сколько-нибудь связывало его с людьми!

Убив на поединке друга, Дожив без цели, без трудов До двадцати шести годов, Томясь в бездействии досуг а, Без службы, без жены, без дел, Ничем заняться не умел. Им овладело беспокойство, Охота к перемене мест (весьма мучительное свойство, Немногих добровольных крест).

Спать ночью, зевать днем, видеть, что все из чего-то хлопочут, чем-то заняты один деньгами, другой женитьбою, третий болезнью, четвертый нуждою и кровавым потом работы, видеть вокруг себя и веселье и печаль, и смех и слезы, видеть все это и чувствовать себя чуждым всему этому… Молодость, здоровье, богатство, соединенные с умом, сердцем: чего бы, кажется, больше для жизни и счастья? Так думает тупая чернь и называет подобное страдание модною причудою.

И чем естественнее, проще страдание Онегина, чем дальше оно от всякой эффектности, тем оно менее могло быть понято и оценено большинством публики.

В двадцать шесть лет так много пережить, не вкусив жизни, так изнемочь, устать, ничего не сделав, дойти до безусловного отрицания, не перейдя ни через какие убеждения: это смерть! Но Онегину не суждено было умереть, не отведав, из чаш жизни: страсть сильная и глубокая не замедлила возбудить дре мавшие в тоске силы его духа. ..

Письмо Онегина к Татьяне горит страстью; в нем уже не-иронии, нет светской уверенности, светской маски. Онегин знает, что, может быть, подает повод к злобному веселью, но страсть задушила в нем страх быть смешным.. . И он бросился в эту борьбу без надежды на победу, без расчета, со всем безумством искренней страсти, которая так и дышит в каждом слове его письма…

Роман оканчивается отповедью Татьяны, и читатель навсегда расстается с Онегиным в самую злую минуту его жизни. Что сталось с Онегиным потом? Воскресила ли его страсть для нового, более сообразного с человеческим достоинством страдания? Или убила она все силы его души, и безотрадная тоска его обратилась в мертвую, холодную апатию? Не знаем, да и на что нам знать это, когда мы знаем, что силы этой богатой натуры остались без приложения, жизнь без смысла, а роман без конца?

Читайте также: